ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В одной известной сказке Русалочка полюбила принца, спасла его из воды, чуть не погибнув сама, а он, негодяй, даже не сказав ей «спасибо», ушел к другой... Одна большая оригиналка по имени Адель, к... Русалочка Тори Андерсен 1 — Итак! — Адель обвела торжественным взором двух подруг. — На повестке дня стоит вопрос… — Когда наша любимая Адель найдет себе достойную пару и начнет вести себя прилично, — закончила за нее Натали, сосредоточенно наморщив нос перед зеркалом. — Это точно! — подтвердила Шерри, прихлебывая вино и вставая с кресла. — Давайте быстрее. Смотрите, какая прелесть пропадает. Все непроизвольно обернулись к окну. Уже давно стоял солнечный вечер, окна гостиной на первом этаже были распахнуты настежь, двери на веранду — тоже. Через них с улицы лилась умиротворяющая тишина, она весь день царила в доме, заставляя Адель беспричинно улыбаться и в блаженстве прикрывать глаза. Негромкий перезвон птичьих голосов, шелест цикад в траве — и больше ни звука. После Нью-Йорка это казалось настолько непривычным, что оглушало. Если посмотреть в сторону заката, сквозь тонкие юные сосны, то можно было увидеть озеро и солнце, падающее за край его зеркальной глади. Там, отступая от каменистого берега далеко в воду, их ждала просторная деревянная площадка, футбольное поле на плаву — как еще утром окрестила ее Шерри, — с лавочками, шезлонгами и деревянным столиком. На этой площадке они провели весь день, туда они стремились и сейчас, после ужина, хотя уже битый час не могли собраться. Собственно, и собираться-то было нечего, стоило лишь захватить бутылку вина, три фужера, коробку фруктов в шоколаде и три тоненькие подушечки, чтобы мягче смотреть на жизнь… Адель отвернулась от окна. — А вообще продолжайте. Я уже привыкла. Как только мы собираемся вместе, вы сразу начинаете меня воспитывать. — Это все потому, что ты не воспитываешься. И позоришь нашу… — А ты, можно подумать, не з

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ой, какое вкусное! А глаза у нее так задорно блестят, когда она не расстроена… А на щеках играют ямочки — так и хочется поцеловать! Об этом ей говорил Эдриан. Вчера.

— Я не могу спокойно смотреть на тебя. Ты вызываешь у меня такие же чувства, какие вызывает у любого нормального ребенка, да и не только ребенка, хорошенький пушистый котенок. Хочется целовать и не выпускать из рук.

Потом, правда, у него срабатывали совсем другие, не детские рефлексы, но об этом Адель сейчас старалась не думать.

Да, вино было очень вкусным. Она одним залпом допила остатки и резко встала. Пошатываясь, подошла к шкафу. Ах да, он же абсолютно пуст: все вещи лежат в пакетах, так и не разобранных после ее возвращения.

— «Я уже присмотрела для тебя подходящие кусты!», — картаво передразнила она Шерри. — Ну, мы еще посмотрим, кто окажется в кустах!

Надев свой лучший темно-зеленый костюм — тот самый, в котором она выходила из магазина и от которого у Эдриана перехватило дыхание, Адель распустила волосы по плечам и еще раз осмотрела свое отражение:

— Вот это другое дело. Просто шикарно! — сказала она и в этот момент поняла, что сильно пьяна.

Над озером уже стояла ночь. Было прохладно, но все равно почему-то уютно. Может, от вина, а может, от мысли, что сейчас она увидит Эдриана.

Стоя у себя на крыльце и слушая, как веселятся на берегу семь человек, среди которых находятся две ее подруги и парень, по которому она безумно соскучилась за несколько часов разлуки, Адель почувствовала, что сейчас, возможно, совершит что-то значительное, что в корне изменит ее жизнь.

— Я скажу ему, что приехала на такси! — торжественно воздев над головой несколько сотен, свернутых в трубочку, воскликнула она. И пошла.

Она не знала, где его искать, не думала, куда идет и кого сейчас может встретить на пути. Но шла. Судьба, на которую Адель всегда, шутя, любила полагаться, редко обманывала ее. И сейчас она двигалась в единственно возможном и вожделенном направлении — на второй этаж, в комнату Эдриана.

И каково же было удивление последнего, по счастью действительно оказавшегося там, когда в темном дверном проеме возник ее силуэт и не совсем трезвый, но вполне узнаваемый голос произнес:

— Эдриан? Какого черта ты тут делаешь?

Повинуясь инстинкту, он порывисто шагнул к ней, поднял на руки и закружил.

— Русалочка моя вернулась!

— Да. Я приехала как будто на такси… То есть правда на такси… Поставь меня на место. Я хочу отдать тебе деньги. Вот. А то вдруг мы больше не увидимся…

Последние слова потонули в его поцелуе: Эдриан знал, как нужно использовать внезапно свалившееся счастье.

— Я знал, что ты придешь! Ты так вредничала сегодня утром, но я знал, что ты не хочешь со мной расставаться.