Молоденький паренек, прислуживающий за столом, ничему не удивляясь, сбегал на кухню за тарелками и приборами, а потом с раскрытым ртом наблюдал, как изящно воспарившая тетеревиная нога перемещается к владычице. Вино с хлюпаньем убыло в кувшине и прибыло в кубках. Государь кивнул. Дождавшись запоздавшего куска хлеба, владычица принялась есть.
Единственным, кто сохранил лицо невозмутимым, сдержавшись от глупой гримасы полной растерянности, являлся Горан, чья мина исполнилась восхищенным злорадством. Первым в себя пришел Велор, он поприветствовал незваных гостей и вежливо осведомился, как те добрались.
- Если вы спрашиваете о качестве нашего путешествия, то сносно. Если о методе, - тут она промокнула губы салфеткой. - Посредством портального переноса. Впрочем, вы и без меня об этом догадались. Так же вам известна цель.
- Ильма! Ред! - Майорин отшвырнул нож в сторону, хотя хотелось метнуть во Владычицу или в брата. Он еще не решил.
- Предпочту, чтобы ты выражал свое негодование наедине. Не предложишь нам пройти в более уединенное место? - сказал Редрин.
- Предложу.
- Только сначала я доем. - Сообщил государь, нанизывая на нож еще один кусок.
Несмотря на смену исполнителей, песня была та же. В этот раз Майорин ее мужественно выслушал от начала и до конца, не раскрывая рта. Колдун все больше чувствовал себя сказочно красивой девственницей, растлить которую рвалось полгорода, поспорив при том между собой на городскую казну.
В отличие от архимага Редрин и Ильма говорили спокойно, лишь владычица изредка выдавая покачивающейся ногой нетерпение. Майорин сидел беспощадно немой и наблюдал, как нога все ритмичней движется вверх-вниз. Дослушав до конца, колдун вымолвил только одно слово:
- Нет.
- Почему? - искренне удивился Редрин.
- Не могу, не хочу.
- Ты не ребенок, Майорин, хотя ведешь себя схоже. Тебе простили отказ от поста архимага двадцать лет назад, но сегодня дело намного серьезней. Сегодня дело не в твоем личном интересе... - Теперь Ильма, важно, вкрадчиво.
- Я знаю, в чем дело. И знаю, что Раддарт уже занимает это место. Оно ему подходит.
- Ответь мне почему. - Приказала Ильма.
Колдун нахмурился.
Как объяснить то, что не можешь осмыслить сам? Только чувствуешь, что так лучше.
Где найти слова, если в голове проносятся только размытые образы, мало похожие на мысли?
И только в глубине разума, зазвучит тихий издалека доносящийся голос. Яростный крик, раздосадованной девушки, так отважно стремящейся доказать ему...
Что?
- Я не хочу ни за кого решать. - Ответил он.
Долго Ильма смотрела в его лицо.
Майорин сидел, мысли подхлестнутые криком обретали плоть слов, выстраивались в предложения, наполненные смыслом. Смыслом, имеющим значение только для него.
Велор рассказал обо всем, произошедшем в Вирице, пока колдуны штурмовали Цитадель.






