ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Криминальный роман-трилогия «Слабость Виктории Бергман» – литературный дебют двух шведов, Иеркера Эрикссона и Хокана Аксландера Сундквиста, пишущих под псевдонимом Эрик Аксл Сунд. Часть первая, «Де... Девочка-ворона Эрик Аксл Сунд © Erik Axl Sund, 2010 © А. Савицкая, перевод на русский язык, 2014 © А. Бондаренко, художественное оформление, макет, 2014 © ООО “Издательство ACT”, 2014 Издательство CORPUS ® Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. © Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ( ) Мальчик по-прежнему спал крепким сном. Просто удивительно – когда они встретились в электричке, он сразу взял ее за руку, встал и послушно пошел с ней, ей даже не потребовалось ничего говорить. Словно было предрешено, что выбор падет на него. Молниеносное озарение, как при рождении ребенка, когда женщина сразу понимает, что он принадлежит ей. Она заполучила ученика, которого искала, и ребенка, которого ей не суждено было иметь. Она положила руку ему на лоб, убедилась, что температура спала, а затем посчитала пульс. Все нормально. Она подобрала правильную дозу морфия. кабинет имел на полу толстое белое ковровое покрытие, которое всегда казалось ей страшным и негигиеничным, но в то же время приятным для ног. Теперь оно еще и пригодится для ее целей. Она принялась разрезать пенопласт острым разделочным ножом и накрепко приклеивать куски толстым слоем клея для пола. От сильного запаха у нее довольно быстро закружилась голова, и пришлось открыть выходящее на улицу окно. Оно было с тройным стеклом и с внешней стороны имело еще дополнительное звуконепроницаемое стекло. Случайность обернулась другом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На следующей странице один за другим идут три нечетких снимка: Ханна, Йессика и она сама. Продолжая рассматривать фотографии, она периодически прислушивается к звукам из подвала, но, похоже, Он угомонился.

Они были тремя мушкетерами, хоть под конец подруги и отвернулись от нее, оказавшись из того же теста, что и все остальные. Поначалу они, конечно, все делили и вместе решали возникавшие проблемы, но когда дошло до дела, они тоже оказались предательницами. Поверхностными перевертышами, не понимавшими, что действительно дорогого стоит. Когда вопрос встал ребром и пришло время показать характер, они, точно маленькие девочки, заплакали и бросились домой к мамочке.

Тогда она посчитала, что они законченные дуры. Теперь же, глядя на их фотографии, она понимает, что они были просто неиспорченными. Думали о людях хорошо. Доверяли ей. Только и всего.

Услышав удары и крики из подвала, София вздрагивает. Дверь бани открывается, и впервые за много лет она слышит Его голос:

– Чистой тебе все равно никогда не стать, но это должно хотя бы уничтожить вонь!

Она предполагает, что Он, как обычно, схватил мать за волосы и выволок ее из бани. Собирается ошпарить ее или заставить постоять несколько минут в ледяной воде?

София закрывает глаза, обдумывая, что станет делать, если они решат закончить омовение. Она смотрит на часы. Нет, Он человек привычки, а значит, пытки продлятся еще не менее получаса.

Интересно, что мать обычно говорит знакомым? Сколько раз можно разбивать бровь о кухонный шкаф и как часто люди поскальзываются в ванне? Не следует ли ходить по лестнице немного осторожнее, если ты за последние полгода упала там четыре раза? У людей, наверное, должны возникать вопросы, думает она.

Один-единственный раз Он поднял руку на Викторию, намереваясь ударить, но когда она в ответ запустила Ему в голову кастрюлей, отступил, как хищник – всемогущий, пока не встретил достойного сопротивления.

Он сам создал себе превосходящего противника и в течение нескольких месяцев потом жаловался на головную боль.

Мать же сдачи никогда не давала, она, рыдая, приходила к Виктории и залезала к ней в постель в поисках утешения. Виктория всегда старалась изо всех сил и не засыпала, пока мать не уснет.

Во время одной из ссор мать взяла машину и на несколько дней уехала жить в гостиницу. Отец, не знавший, куда она подевалась, очень нервничал, и Виктории приходилось успокаивать его, когда Он плакал у нее на груди.

В такие дни она не ходила в школу, а часами каталась на велосипеде, но они подписывали приходившие из школы сообщения о ее отсутствии, не задавая никаких вопросов. В ссорах все-таки тоже имелись свои плюсы.

София смеется над воспоминанием: ощущение превосходства, обладание тайной.

Виктория хранила их слабости глубоко внутри.