Он снова дернулся в путах, хотел оправдаться, но вонючая ладонь Сабира лишь плотнее прижалась к лицу.
– М-да, – визирь снова почесал бровь. – Сама крепость разрушена уже больше двух сотен лет назад, но поговаривают, – он многозначительно помолчал, – что последователи клана продолжают собираться там, а после направляются во все концы света с новыми смертоносными заданиями.
– Именно так я и подумал, сиятельный Фатих, – подобострастно произнес судья. – Как услышал про южный Каспий, так сразу и… И к вам. Мне кажется, это очень важные сведенья, – «не забудьте, что именно я их вам принес», можно было и не добавлять.
Ничего себе, подумал Афанасий, понятно, что судьба пойманного во вражеском лагере лазутчика незавидна, но по сравнению с судьбой наемного убийцы она может показаться раем.
– Ассасин? В Трапезунде? – произнес визирь, словно пробуя оба эти слов на вкус. – Да, это гораздо значительней, чем какой-то лазутчик. И как ты думаешь, против кого может быть направлен его клинок?
В этот момент Сабир отнял ладонь от лица купца, чтобы отогнать севшую на ухо муху. Афанасий вскинулся, закричал пронзительно:
– Да какой клинок? Нет у меня никакого клинка! – заорал он, совсем забыв, что засапожный нож так и остался у него в голенище, и тут же снова получил по шее. Но был услышан. И совершенно неправильно истолкован.
– …или яд? – добавил визирь.
– Думаю, – судья снова выдержал трагическую паузу, но ничего не сказал. Только поднял вверх указующий перст.
– Скорее всего ты прав, – кивнул визирь, – кто бы стал посылать тренированного убийцу, чтоб разделаться с нами, ничтожными. Совсем не то наш Исмаил-паша, своей доблестью наживший множество врагов.
– Исмаил-паша неустрашим! – почти в один голос воскликнули судья и Энвер.
– Да. Но, увы, смертен, как все мы, – грустно проговорил Фатих. – Что ж, тогда нужно написать донесение и препроводить преступника пред светлые очи паши.
– А может, мы его сами казним, а Исмаил-паше отправим только донесение? – с надеждой спросил Текер-ага.
У Афанасия перехватило дыхание – а действительно, чего им с ним возиться-то? Обезглавить, и вся недолга, а бумага все стерпит.
– Хорошо бы, но боюсь, Исмаил-паша будет недоволен, если мы не предъявим ему убийцу.
У купца немного отлегло от сердца. Значит, прямо сейчас на расправу не кинут, будет хоть небольшой шанс еще немного пожить. Может, даже удастся что-то объяснить, доказать. Хотя, конечно, вряд ли, с тоской подумал он, глядя в холодные глаза визиря. Тот спокойно, не мигая, встретил его взгляд.
– Ладно, отведите его пока куда-нибудь, а я сейчас напишу донесение великому Исмаил-паше и отправимся к нему. С такими делами лучше не затягивать.






