— Ты же говорил, что не причинишь им вред? С каких пор ты бросаешь слова на ветер?
Проклятье, он ведь специально дразнил его.
— Поднимайся, я пришел за тобой.
— А я до последнего рассчитывал, что ты просто проходил мимо. Я ведь еще даже чай не допил. Ты не хочешь присоединиться?
— Твоему своеволию пришел конец, Каин. — Проигнорировал его господин с синим шейным платком. — Ты уже довольно давно испытываешь терпение. Мое и Ганзы.
— А я-то думал, что предела не имеют только глупость человеческая и твое терпение. Жаль, что ты подкачал, братец.
— Я выбрал тебе невесту. Это решено и обсуждению не подлежит.
Мой взгляд бегал от одного человека к другому, следя за тем, как они перебрасываются фразами, словно играя в мяч. И теперь я уставилась на лжемонаха, ожидая его подачи, но тот молчал. Ошарашено и тупо. Видимо, заявление про его невесту было подлым крученым броском.
— Вообразил себя моим отцом? — И опять стало холодно, как на Южном полюсе в июле.
— Твоя память так же коротка, как и у твоих человеческих девиц. Напомню, отец, прежде чем уснуть, завещал именно мне эту обязанность.
Очевидно, упоминание «девиц» монаху не понравилось.
— Аман! — Прорычал он, заставляя меня сглотнуть и вжаться в спинку стула.
Отстранено я заметила на своей руке чужую: Аги буквально впилась в мое запястье своими ногтями.
— Я затронул эту тему не случайно. — Спокойно продолжил незнакомец. — Твоя последняя… покинула наш мир. Это событие и подтолкнуло меня к принятию подобного решения.
Долгое молчание прервалось судорожным мужским выдохом.
— Ее звали Эмили. — И на этот раз голос Каина (с ума сойти, он лгал даже насчет своего имени) звучал не угрожающе, а обреченно.
Новость так его задела, что у парня отпало всякое желание пререкаться.
Не знаю, как долго длилась эта тишина, но лично для меня это было пыткой длинной в вечность. Первым заговорил Каин.
— У меня есть условие.
— Ну еще бы. — Устало сказал Аман, вопреки тому, что он явно был доволен результатом. Мужик добился своего в короткий срок и с минимальными затратами. И теперь его «ну еще бы» не означало отказ. — О людях я позабочусь.
Он позаботится о нас? Я сглотнула, визуально представляя наспех вырытые могилы. Что сказать, тогда я не знала, что речь идет о промывке мозгов, в чем эти двое уже собаку съели. И не одну.
— Не сомневаюсь, но я говорю о другом. — На лице лжеца вновь появилась неприятная ухмылка. — Ты же знаешь, я из каждой поездки привожу уникальный сувенир. Пополняю свою золотую коллекцию.
— Каин, твои привычки… — Начал напряженно его собеседник, но псевдомонах его перебил.
— Ни капли за месяц, ты хоть можешь себе представить степень моего голода? И все ради этого самого момента. Я нашел то, что искал. И чтоб я сдох, если позволю тебе меня обломать.






