ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Новый роман современной писательницы Фаины Гримберг рассказывает о трагической судьбе знаменитой царицы Клеопатры (69-30 гг. до н.э.), последней правительницы Древнего Египта. В романе использованы со... Клеопатра — египетская царица, старшая дочь египетского царя Птолемея Авлета, по завещанию которого была назначена, в 52 г. до Рождества Христова, 17 лет от роду, соправительницею и супругою своего девятилетнего брата Птолемея XII, но изгнана в 48 г. всесильным временщиком Ахиллой. Прибыв в Египет, Юлий Цезарь взял на себя посредничество между братом и сестрой. Клеопатра пленила своей красотой Цезаря, к которому сама явилась в Александрии, и он высказался за приведение в исполнение завещания. Когда Птолемей XII погиб во время войны с Цезарем, он передал правление Клеопатре и её младшему брату, с которым она должна была вступить в супружество. Чарами своей красоты она долго удерживала Цезаря и Александрии, устраивала пышные празднества и поднялась с ним вверх по Нилу в роскошной лодке, чтобы показать ему чудеса Египта. Сын, родившийся у неё в 47 г., был признан Цезарем и назван Цезарионом. В 46 г. Клеопатра прибыла в Рим, где поселилась в садах Цезаря и официально считалась в числе друзей и союзников римского народа. Но время междоусобных войн после смерти Цезаря она держала сторону триумвиров, но так как подвластный ей кипрский наместник Серапион оказал покровительство Кассию, то после сражения при Филиппах Марк Антоний вызвал её в Киликию для ответа. Клеопатра предстала перед Антонием (в 41 г.) в виде богини Афродиты (Венеры) и достигла над ним неограниченной власти. В битве при Акциуме Клеопатра первая обратилась в бегство со своими 60 кораблями, ложным известием о самоубийстве довела Антония до решения наложить на себя руки и после неудавшейся попытки прельстить своей красотой Октавиана отравилась ядом или, быть может, приложила к своей груди ядовитую змею. Клеопат

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они стоят покойно, большие и равнодушные, но лёгкими тенями проскальзывают по их красным крепким ртам, по их чёрным выпуклым глазам улыбки... Сначала Маргарита испытывает некоторый страх, оглядывается... Поодаль от старухи, привалившись к обшарпанной стене, расселся старик. Он полуголый и очень смуглый, у него сморщенная кожа, особенно на шее. Черты его лица смутны и будто расплываются в крупных морщинах. Он крепко обнимает большой кувшин, как будто кувшин — живое существо... Подходит торговка с корзиной спелых фиг. Из-под косынки выбиваются спутанные космы, отвислые груди виднеются в разрезе рубахи. Приостанавливается какой-то мужик в заплатанном большими латками плаще, удерживая на плече запечатанный сосуд с оливковым маслом, округлый бок сосуда посверкивает, лоснится на солнечном свете, стекают две блестящие капельки...

От очага старухи, от сковороды с ливером несёт вонью гнилого мяса... Старуха уже распрямилась. Все окружили царевну и её спутников... Что происходит с Маргаритой? На её детском, ещё кругловатом лице является выражение презрения; так смотрят бойкие, решительные дети на всё, что видится, представляется яркому взгляду их глаз достойным презрения и насмешки. Дети не ведают жалости, не задумываются ни на мгновение над причинами чужого уродства, чужой нищеты и приниженности. Презрительным смехом, злой улыбкой белых зубков, розовым вытянутым пальчиком ребёнок словно бы пригвождает больно эти чужие, чуждые ему нищету, слабость, приниженность, старость, некрасивость...

Маргарита резко вырывает свою тонкую ручку из руки Хармианы, подбегает к старухиному очагу и, вытянув губки пухлые, сильно плюёт на сковороду, прямо в исходящие дымком среди пузырящегося масла мясные куски... Нубийцы поспешно выхватывают ножи из ножен, в готовности защитить царевну. Хармиана бросается было к своей воспитаннице, но отчего-то внезапно замирает с выражением сосредоточенности и какой-то догадки на красивом лице...

— Фу! Воняет! — звонко выкрикивает Маргарита. Всё в ней, сердце, хорошо, ровно бьющееся, ноги, такие лёгкие и сильные, всё, что внутри её тела, живое, в груди, в животе, здоровое, жаждущее жизни, всё ощущает правоту... Она красивая, сильная, здоровая, она — царевна! А эти все люди, они грязные, жалкие, бедные, безродные... Поэтому она права, а они все — нет! И они на самом деле знают, что они не правы. Надо только сказать им грубо, показать всем своим видом, кто они такие!.. И они будут знать своё место, и они не посмеют сойти со своего места!..

Маргарита кричит им:

— Вонючки! Ну-ка, все падайте жопами кверху! Царевна идёт! Падайте и вылизывайте пыль у моих ног!..

Этот звонкий, сильный детский голос так властно звучит, и так по-детски отчаянно и сердито.