Доктор попытался уложить мутанта и пристегнуть ремнями к кровати. Но тщедушное существо отбросило одетую в белое фигуру прочь, как бумажного человека, выказав такую силу, которой никто не ожидал в этом щуплом костлявом тельце.
Из его горла рвались хриплые звуки, но ни слова нельзя было разобрать. Все это совсем не походило на сознательное упражнение голосовых связок, скорее могло показаться, что трещат внутренние ткани от какого-то чудовищного давления, рвавшего маленького монстра на части изнутри.
— Что происходит? — требовательно спросил Морсфаген, вставая со своего кресла.
Солдат по имени Ларри пересек комнату. Испуганный, но решительный, он бросил карабин и потянулся к мутанту. Уродец вцепился зубами ему в руку, хлынула кровь. Солдат закричал, ударил мутанта по лицу и разбил лицевую кость. Челюсти разжались, но мутант не успокоился, все еще продолжая бороться за контроль над ситуацией, в которой оказался, и над собственным телом.
— Это ты наделал! — зарычал Морсфаген, поворачиваясь ко мне и указывая на мутанта трясущейся рукой.
— Нет, — спокойно ответил я.
— Ты заплатишь за это! Черт возьми, ты увидишь, как твою женщину изнасилуют!
Я не мог вызвать в себе ни крупицы отвращения к нему. Смотрел на него глазами человека, которым был, но со справедливостью Бога, и мог только пожалеть его. В некотором роде я сохранил свою мягкость. Я стремился к власти, чтобы поразить этого человека громами и молниями. Но, обретя ее, обнаружил, что он заслуживает презрения и жалости, а не яростного отмщения.
— Что с ним? — грозно спросил он, нависая надо мной.
Я точно знал, что произошло с телом Ребенка, хотя все они и представить себе не могли истинного положения дел. Покинув его оболочку, я тут же забыл нечто, о чем должен был помнить. В оставшейся от его разума части было теперь только одно —
Оно
. Все эти аналоги скорпионов, которых я разметал в подземной пещере с ледяным полом, теперь воспряли и овладели телом мутанта. Обычно
Оно
является самой слабой частью личности, теперь же именно эта слабая часть получила полную, бесконтрольную, ничем не сдерживаемую свободу. Но одно подсознательное не является функционирующим сознанием и не способно удержать контроль над телом: синдром доктора Джекила и мистера Хайда невозможен. Теперь тело мутанта должно было умереть вместе с его скорпионоподобным
Оно
, которое пыталось подчинить себе сексуальные желания и жажду крови, — умереть через несколько дней после того, как было уничтожено его сознание.
— Хватайте его все! Навалитесь разом! — приказал Морсфаген.
Мутант дико бился, катаясь в крови. Наконец он ухватился за перильца и перекинулся через них.






