ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

История помнит Ганнибала как величайшего карфагенского полководца. Он по праву считается одним из талантливейших полководцев и государственных деятелей древности.Как гласит предание, перед отправле... Введение Ганнибал — один из самых известных полководцев древности. Будучи великим стратегом, и, несмотря на неудачу в войне с Римом, Ганнибал оставил существенный отпечаток в истории военного искусства. Для стратегии Ганнибала свойственны умение применять гнев италийских союзников Рима для привлечения их на свою сторону, отличная организация долгих походов, образование главных и промежуточных баз по маршруту, перемещения полчищ на завоеванной территории, что страховало стабильность тыла и в течение многих лет сводило к минимуму зависимость армии от самого Карфагена, заранее созданная разведка и кропотливое изучение будущего театра военных действий. Свойственные черты тактики Ганнибала — это хорошее знание плана действий противника, тщательная подготовка боя, умелое использование местности, применение хитрости и внезапности, осуществление смелого маневра и смелого удара на поле боя. Особенно ярко полководческое искусство Ганнибал проявил в битве при Каннах, открывшей собой новую ступень в развитии тактики: впервые основной удар был нанесен не на одном фланге, как у Эпаминонда и Александра Македонского, а на двух, где были сконцентрированы кавалерия и боеспособная часть пехоты карфагенян, и достигнуто полное окружение и истребление превосходящих сил соперника. Перед Вами — биография великого человека, оставившего яркий след в истории. Корнелий Непот уверен, что если бы Ганнибала не ограничивала на родине зависть единоплеменников, он мог бы завоевать власть над Римом. Как видим, все эти, безоговорочно, правильные качества описывают Ганнибала в первую очередь как бойца и неблагонадежного для Рима военачальника, и лишь отчасти — как человека. Но каким же был Ганнибал на самом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Со свойственным ему юношеским максимализмом новый пунийский главнокомандующий повел себя так, будто война с Римом уже закончена и поручена ему, а областью его работы назначена Италия. Он и не прятал своего желания напасть на причастный к римлянам Сагунт и тем самым внести в Рим настоящий раздор, однако стремился он при этом сделать вид, будто атака на Сагунт совершится сама собой, в результате естественного развития событий. Именно поэтому, он прежде всего обратил натиск против олкадов, жительствовавших к югу от Ибера, среди рек Таг и Анас, на территории, что принадлежала карфагенянам.

Ганнибал быстро вторгся в страну олкадов, осадил их столицу и взял ее штурмом. Фурор карфагенян принудил и другие города олкадов принять господство Карфагена; безусловно, что на них был положен налог. Обобрав побежденных и захватив небедную добычу, Ганнибал возвратился на зимовку в Новый Карфаген; там он великодушно разделил награбленное между воинами и дал жалование, чем еще больше увеличил расположение к себе — и служивших в войсках карфагенских граждан, и наемных воинов.

Весной 220 года Ганнибал направился в поход на ваккеев, занимавших среднее течение реки Дурис, и, преодолев упорное противодействие, захватил в их районе важнейшие города — Саламантику (Полибий — Гелмантику; Ливий — Германдику) и Арбокалу.

На обратном пути через Южную Гвадарраму в Новый Карфаген торжествующий командующий столкнулся еще с одним врагом — карпетанами, каких заставили взяться за оружие уцелевшие после разгрома олкады и ваккеи — беглецы из Саламантики.

Враги ждали Ганнибала у переправы через Таг, но Ганнибал увернулся от решительной схватки. Разместив свой лагерь на берегу, он в первый же удобный момент, когда напор карпетан ослаб, вброд преодолел реку. Теперь между ним и его врагом был сильный естественный рубеж и вал, построенный, однако, так, что он открывал карпетанам доступ к реке. Ганнибал надеялся, что они предпримут попытку гнать отходящие карфагенские войска, и тут его слоны и наездники повстречают карпетанскую пехоту в реке.

Враг попался в ловушку, ложно надеясь на собственное числовое преимущество. Совместно с олкадами и ваккеями дружина карпетан достигла численности 100000 человек. Будучи убежденными, что Ганнибал не принял битвы из ужаса перед допустимым проигрышем, карпетаны с пронзительным криком, не соблюдая даже простого порядка, кинулись в реку. Исполняя свой план, Ганнибал ввел в Таг слонов, каких было у него их 40, и конницу. Во время боя карпетанские воины не оказали какое-нибудь серьезное и организованного противодействия. С трудом нащупывая брод, свергаемые лошадьми, они были слабы перед наездниками и погонщиками слонов.