ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В заброшенном замке томится в плену родственница английского короля леди Джоанна. Ее окружил заботой и вниманием брат султана Саладина эмир аль-Адиль — известный покоритель красавиц. Но девушка не... Паладин Симона Вилар © Гавриленко Н. Г., 2014 © Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2015 © Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», художественное оформление, 2015 Панорама бурной и кровавой эпохи обретает «человеческое измерение» благодаря приключениям двух влюбленных, чей путь к счастью мучителен и тернист. Временами кажется, что жестокий ветер времени вот-вот угасит огоньки этих судеб, но нет: заплатив жестокую цену, герои-любовники наконец-то обретают друг друга. Мартин и Джоанна не из тех, кто меняет ход исторических событий. Но подлинность чувств подобных людей, их мужество и прирожденное благородство привносят в историю духовное содержание, наполняют ее смыслом и делают далекое близким. В этом и заключается одна из главных удач Симоны Вилар. Что ж, последуем за автором романа и попробуем взглянуть на мир глазами людей ХІІ века. Андрей Климов, писатель Абу Хасан еле сдержался, чтобы тут же не кинуться из мечети и не прервать эту кощунственную песнь. О, эта проклятая назареянка! Будь его воля, он бы давно содрал с ее спины кожу кнутом, но его господин, благородный эмир Малик аль-Адиль, брат самого султана Саладина, приказал своему верному хаджибу Монреаля обращаться с пленницей как с нежным цветком, который он решил приберечь для себя. Вот и приходится Абу Хасану терпеть ее выходки, даже ублажать, а недавно он был столь наивен, что по ее просьбе принес лютню, и теперь эта женщина, это порождение джаханнама, вздумала распевать на всю округу! Голос у нее был сильный, звучный, и — упаси Аллах! — его могут услышать даже за пределами замка. Проклятье! А ведь именно сейчас у колодцев под горой Монреаля расположился караван торговцев. Не хватало еще, чтобы они ее услышали! В

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И хотя еще не было окончательного решения, все же они смели надеяться, что их любовь, столько преодолевшая и вынесшая, поможет им соединиться навсегда. С Божьей помощью и при покровительстве короля Ричарда Английского.

Король же твердо решил исполнить то, о чем мечтали все христиане, — дать им возможность молиться в местах, где бывал Спаситель. Ричард понимал, что не стоит продолжать войну с неверными, чтобы добиться возможности совершать паломничество, — это та цель, ради которой Ричард и приехал в Святую землю. Бесспорно, без силы христианского оружия подобный договор был бы нереален, но теперь… как там сказала Джоанна — надо бороться не против кого-то, а за что-то.

Ричард написал Саладину, поставив одним из условий перемирия возможность для его единоверцев посещать Храм Гроба Господнего и иные христианские святыни. Король обещал, что христиане во время паломничества не посмеют обнажить меч против верующих в Аллаха, и Саладин после некоторого раздумья согласился. Так что не прошло и месяца после подписания перемирия, как множество крестоносцев, сняв доспехи и оставив оружие, направились к Святому Граду.

Мартин и Джоанна были в их числе, и англичанка наконец-то смогла исполнить свою мечту — помолиться у Гроба Господнего. По возвращении же ее ждало известие, что Папа позволяет ей, женщине, чей муж отринул веру Христа, считать себя свободной и вступать в новый брак с достойным человеком.

Однако оставалось еще немало условностей для того, чтобы Мартин и Джоанна могли соединиться навсегда. Ведь Мартин, даже состоя на службе у Амори де Лузиньяна, оставался безземельным рыцарем, по сути наемником за плату, а это не то положение, при каком он мог позволить себе просить руки родственницы самого прославленного короля. Да и сама Джоанна, хотя и считалась богатой невестой, не смела надеяться, что ее родня, некогда принявшая в семью по ее воле одного бедного рыцаря, вновь захочет пойти навстречу и поддержит ее в выборе нового мужа, ничего не зная о ее избраннике.

Но, вероятно, Провидение уже было милостиво к влюбленным. И вскоре граф Яффы Амори, несмотря на его расположение к рыцарю Мартину, неожиданно попросил его оставить службу у него и переехать на Кипр, где новый правитель Гвидо де Лузиньян отчаянно нуждался в верных и знающих боевое дело рыцарях. Амори даже написал для Мартина рекомендательное письмо брату, чтобы тот принял его протеже как полагается и дал ему соответствующее положение. Самому же Мартину коннетабль сказал:

— Мой брат Гвидо — хороший сеньор для своих подданных, однако он совершенно не сведущ в военном деле, и я бы желал, чтобы вы всячески поддерживали его на Кипре.