ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Известный роман не менее известной ингушской романистки Доухан Балаевой, ныне не очень почитаем на территории Ингушетии... Доухан Балаева Мадина Июльский вечер мягко стелется над селом, постепенно погрузившимся в обычные на исходе дня заботы. Многоголосое стадо уже разбрелось по дворам, и некоторое время относительную тишину нарушает то нетерпеливо- требовательное, то жалобно- просительное мычание, доносящееся из дворов, где хозяйки по каким- то причинам не спешат к своим буренушкам с подойником. Мадина вошла в соседский двор, осторожно неся в вытянутых руках наполненную доверху банку. Навстречу, радостно повизгивая, бросился Дружок, большая черно- белая дворняга. Так и подмывало налить в стоявшую у конуры плошку молока, но от соблазна удержала мысль, что неудобно принести неполную банку. В небольшой уютной комнате, служившей хозяевам одновременно и кухней, и столовой, была одна тетя Люба. Поздоровавшись и оставив на столе банку, Мадина прошла к Наташе, встретившей ее задиристым: - Наконец- то! Уже час как Сережку за тобой посылала. - Почему сама не пришла, если так срочно? Ну, что у тебя? . . Говори скорее, не томи, - перешла на шепот Мадина, усаживаясь на свое излюбленное место - в угол дивана. - Вот! Справочник достала! Теперь начнем всерьез готовиться, - ликующим тоном объявила Наташа. Ее, от природы очень подвижную и жизнерадостную, в минуты возбуждения энергия так и распирала. - Издеваешься? . . От обиды, что лишена возможности разделить радость подруги, глаза Мадины наполнились слезами. Наташину веселость как рукой сняло. Она подсела к ней, обняла. - Мадиночка, да уломаем мы их! Ну неужели Муслим за тебя не заступится? - Брат- то написал. . . Но они ни в какую. . . после того случая из дома не хотят выпускать. - Это когда тот усатый коротышка выкрасть грозился? Но ты-то чем виновата! Ма- ам, мама- а! Вошла тетя Люба, вопросительно взглянула на сидящих в обнимку

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Напустил туману. Попросту говоря, ты- форменный спекулянт. - Какой я спек? Не говори глуп. Я ведь по долгу службы этим занимаюсь. А если уж сумел закупить подешевле, чем другие, поч. мои старания должны пропасть зря? Мад. настороженно- недоверчиво смот. на мужа. - Честно говоря- я боюсь этих твоих ден, мне неприятно притрагиваться к ним. Ты их лучше в др. месте храни. Ну хотя бы у своих. Я мало верю, что зак. путем можно столько заработать за каких- то 2дня. Ал, следивший за выражением ее лица, заулыбался. - Ну, конечно же, нельзя! Я просто удивить тя хотел своим умением делать ден. Хотел, чтобы сказала: "Вот у мя какой деловой муж! ". Совсем упустил из виду, что ты у мя большая законница. Хватит мя допрашивать, мой прокурор. . - Обнял за плечи: - Можешь быть спокойна- это не мои деньги. Остались не отоваренными. Завтра нужно в кассу сдать. Ты не веришь? Чем угодно могу поклясться, что бросил всякие тем. дела. Курить бросил, пью только по большим праздникам. . Я тут с тобой скоро совсем ангелом стану- заключил с тихим смехом. - Уж тебе- то это не грозит. - А- а, чуть не забыл! Я же подарок привез.

От принес портфель, достал мал. сверточек в белой хрустящей бумаге и протянул ей: - На, сейчас же при мне примерь. . Заинтригованная какой- то особенной интонацией мужа, Мад. взг. на его растягивающиеся в значительной улыбке губы и смеющиеся глаза и развернула сверток. - И- и- и! . . - протянула чуть ли не с испугом. - Где ты его взял? - Купил, - Ал. с удов. наблюдал за смутившейся, залившейся краской стыда женой- больше всего ему импонировала именно эта ее не проходящая со временем их суп. жизни стыдливость.

Как ты мог приблизиться к этому отделу? ! Я- жен- на, и то стесняюсь останавливаться там. Да какой же ты ингуш после этого! Ал, весьма довольный произведенным впечатлением, широко улыбался. - Копейки не стоит муж, покупающий такие вещи! . . - Мад. бросила свер. на стол. - Как только ты не сгорел от стыда. Там же небось люди были- никак не могла она успок. - А что мне люди? Кто там мя знает? И потом: я же не кому- нибудь- те покупал. Понимать ведь надо- тихо посмеивался он, обнимая ее. - Да уймись, Азу разбудишь- Мад. сделала слабую попытку отстраниться. - А свой под. се оставь- и смотреть не желаю на это свидетельство твоего позора. - Ну чего ты теперь сердишься? Сама ведь жаловалась, что все прежние негодны стали. . - Когда я с тобой об этом гов! . . - Слышал, как ты Нат. . И слышать не обязательно- сам вижу, - прошептал у самого ее уха. - Никогда не думала, что у мя такой доастам муж будет. Как тя еще уважать- то после этого. . Ал. на эти оскорб. слова отвечал по- своему.

След. учебный год для Мад. был самым трудным. Ребенок требовал массу вним, для зан. оставалось совсем мало врем. Да и пропускать приходилось довольно часто.