ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перевели с английского и пересказали для детей Д. Дар и В. Паперно.Рисунки С. Острова. Моби Дик Герман Мелвилл Об этой книге и ее авторе Эту книгу написал американский писатель Герман Мелвилл. Он родился в 1819 году. Когда ему было 13 лет, его отец умер, оставив без всяких средств к существованию жену и восьмерых детей. Из Нью-Йорка семья переехала в маленький городок Олбени, где Герман, бросив школу, стал работать. Работал он рассыльным в банке, батраком на ферме, приказчиком в магазине. Урывками учился и очень много читал. В пятнадцать лет он уже принимал участие в диспутах местного филологического общества, состоявшего из адвокатов, учителей и журналистов. Девятнадцатилетнего Мелвилла избирают президентом филологического общества. В это время он служил приказчиком в шляпном магазине своего брата. Но вскоре брат разорился и юный президент остался со своим почетным званием, но без гроша в кармане. Поиски работы привели его на борт пакетбота «Св. Лоуренс», где как раз требовался юнга. Проплавав одно лето, Мелвилл вернулся в Америку и снова стал искать работу на берегу. Но, то ли не мог найти себе дела по вкусу, то ли море уже заронило в его душу искорку, которая разгорелась затем неугасимым стремлением к морским странствиям, только зимой 1841 года начитанный и мечтательный юноша поступил матросом на китобойное судно «Акушнет». В то время китобойный промысел был полон опасностей и приключений. Повстречавшись с китом, с корабля спускали шлюпки, на которых гонялись по океанским волнам за животным, пока не вонзали в его тело гарпун. Такая захватывающая дух погоня, постоянная борьба с морской стихией, вечный запах крови и ворвани, длительность плавания (иногда китобойцы по три-четыре года не возвращались в родной порт), привлекали к этому промыслу только самых отчаянных бродяг, беглых каторжников, пропойц, то есть тех, кому нечего было терять. Вот в такой ком

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но вот все расширяющиеся круги водоворота, поглотившего корабль, достигли и последней шлюпки, и она тоже завертелась в громадной воронке вместе со щепками, ящиками, бочонками, веслами и цепляющимися за них людьми, пытающимися удержаться на поверхности.

И когда волны уже сомкнулись над кораблем и только верхушка мачты виднелась над водой вместе с мокрым полотнищем алого флага, взметнулась вверх рука Тэштиго, и неожиданно взлетевший молоток снова ударил по мачте, прочнее закрепляя на ней обреченное знамя. В ту же секунду угрюмый белый бурун вскипел над знаменем, и океан окончательно похоронил все, что некогда было «Пекодом».

И великий саван океана навсегда покрыл эту могилу, и волны катились невозмутимо и равнодушно, как и тысячу лет назад.

Эпилог

Драма сыграна. Почему же кто-то снова выходит на сцену?

Потому что один все-таки спасся.

Случилось так, что после исчезновения Федаллы я занял его место в вельботе Ахава. Я был одним из трех матросов, которых Моби Дик в последний день выбросил из вельбота, и это я остался за кормой, когда двое моих товарищей вернулись в шлюпку. Я видел, как тонул корабль. Постепенно и до меня дошли засасывающие кольца водоворота и медленно, очень медленно меня потянуло к центру воронки. Но, когда я достиг его, громадный пузырь воздуха вдруг вырвался на поверхность и вслед за ним, освобожденный в глубине хитроумной пру-жиной, всплыл гроб Квикега. Он перевернулся в воздухе и упал возле меня.

Весь день и последовавшую за ним ночь я плавал на этом гробу по траурным волнам. Акулы скользили мимо меня, не причиняя мне ни малейшего вреда, словно у каждой на пасти висел замок. Хищные морские ястребы парили в воздухе, сомкнув клювы в знак перемирия. На второй день я увидел парус, который быстро приближался ко мне. Это была без-утешная «Рахиль». Она не нашла своих пропавших сыновей, но нашла сироту Измаила.