ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Повесть основана на реальных событиях, дающих возможность читателю определённой возрастной категории вновь погрузиться в своё советское детство и постперестроечную юность. Произведение вызывает приятн... Жила-была девочка Виктория Трелина © Виктория Трелина, 2015 © Василий Дмитриевич Безгинов, фотографии, 2015 Создано в интеллектуальной издательской системе Я обращаюсь к вам, девчонки и мальчишки, получившие паспорт в девяностых. Я знаю – нас очень много. Давайте вместе посмотрим картинки нашего с вами общего детства. Только ни на диске, ни в интернете. Все-таки это относительно старая плёнка. В то время была другая культура и техника: пластинки, кассеты, диафильмы и, конечно, книги. Книга, которую вы держите в руках, послужит вам той машиной времени, в которую все мы когда-то верили Если Вы узнаете себя на этих страницах. … А, в общем-то, по-другому и не может быть. Виктория Трелина В деревне у меня есть кошка, кролики и качели. Качели сделал дедушка, которому шестьдесят лет, и бабушке тоже столько же, потому что они родились в один год. Я это много раз слышала – они всегда со мной разговаривают обо всём, и всё, что я прошу, повторяют много раз. А мама почти всё время молчит, а «повторять всё по сто раз» тем более не любит. Сколько, на самом деле лет, маме, я не знаю, она никогда не говорила про это. Мне даже кажется, что она сама забыла. Помнит только, что она «младшая сестра дяди Васи». Значит, когда-то ей тоже будет тридцать лет. Наверное, это почти триста, потому что очень похоже звучит. Дядя Вася – мне дядя, а Нинке – папа. Когда я бываю в деревне, он приезжает из города вместе с моей мамой на выходные. Нинку с собой берет очень редко, потому что она ещё маленькая, и плохо переносит транспорт. Я уже большая и транспорт переношу хорошо. Мы с дядей Васей играем в паровозик и подъёмный кран – он катает меня на плечах и качает на ноге. А ещё он привозит мн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я кошусь на свою Ниночку, которая чуть ли не с низкого старта готова сейчас рвануть домой, в наш сад за забором, на самое высокое дерево. Видимо, она такого ещё не видела. Я вздыхаю, мне приходилось наблюдать, что Витёк Чуев зажимает своих одноклассниц подобным образом.

– Батя, давай этих, – командует Серёжка, указывая на нас.

Нинка смотрит на меня умоляюще, но я знаю, что ботаник-Рустам никогда не позволит себе такого. Он неловко хватает меня за шею и, оглядываясь на Серёгу, наклоняет куда-то вбок. Я луплю бывшего соседа по парте коленями в живот, и локтями в грудь.

– Блин, ты, дура, – кричит Рустам, – Серёга она бешенная.

Я чувствую, что сопротивляться стало труднее, Серёжка оставляет Королёву и цепко впивается мне в плечо рукой, своё колено он ставит на мои ноги. Я понимаю, что не могу пошевелиться. Моя блузка ползёт куда-то наверх, твёрдая и влажная Серёгина рука на моём животе, я кричу: «Отстань, козёл», пытаюсь подпрыгивать всем телом, и, кажется, даже плююсь. Я вижу, как свирепеет мой мучитель, понимаю, что игра кончена, началась серьёзная борьба. Мне не важно, как я сейчас выгляжу, я не хочу, чтобы меня лапали, я не позволю этого даже ценой собственной жизни.

Я вырываюсь чудом, бью Серёгу под живот ногой и бегу через школьную площадку вслед за Нинкой. Домой, домой, туда, где все думают, что я маленькая, что не знаю ни единого мата, и думаю, что детей находят в капусте. Лучше бы всё это было так. Какая пошлятина кругом. Как всё это мерзко. Никогда не буду целоваться с кем попало, никогда не позволю класть руки себе на грудь. Фу! Как противно всё это. Как стыдно! Дедушка, прости меня!

….

Королёва заходит к нам, в хату спустя час:

– Ну и чего вы подвели меня? Трудно было помолчать? Прикололись бы…

От лиловой помады весь день украшающей Маринкины губы, не осталось и следа. Может быть, стёрла, а может поведение Серёжки ей настолько понравилось. Мне противно это выяснять.

Большая, пустая Плотавская школа

Белый с синими полосами автобус ждёт около магазина. В восемь пятнадцать все должны быть на месте. Я, Королёва, Рустам, Швецова и Виталик занимаем самое козырное место – заднее сиденье. Впереди сидит малышня и учителя. Теперь мы каждое утро будем так ездить. Сегодня – открытие новой школы. Вместе со школой у нас меняется директор, классный руководитель и вся жизнь. Мы теперь старшеклассники, почти выпускники. Может быть, кто-то и правда уйдёт после девятого поступать в какое-нибудь училище. Сейчас все училища стали называться лицеями и колледжами.

– Ну что вы, мартышки, учителей своих новых видели? – спрашивает Виталик. После лета он всех девчонок называет «мартышками».

– Говорят, директор молодой, после института, а его жена – наша новая классуха, – поведала Королёва.