ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Повесть основана на реальных событиях, дающих возможность читателю определённой возрастной категории вновь погрузиться в своё советское детство и постперестроечную юность. Произведение вызывает приятн... Жила-была девочка Виктория Трелина © Виктория Трелина, 2015 © Василий Дмитриевич Безгинов, фотографии, 2015 Создано в интеллектуальной издательской системе Я обращаюсь к вам, девчонки и мальчишки, получившие паспорт в девяностых. Я знаю – нас очень много. Давайте вместе посмотрим картинки нашего с вами общего детства. Только ни на диске, ни в интернете. Все-таки это относительно старая плёнка. В то время была другая культура и техника: пластинки, кассеты, диафильмы и, конечно, книги. Книга, которую вы держите в руках, послужит вам той машиной времени, в которую все мы когда-то верили Если Вы узнаете себя на этих страницах. … А, в общем-то, по-другому и не может быть. Виктория Трелина В деревне у меня есть кошка, кролики и качели. Качели сделал дедушка, которому шестьдесят лет, и бабушке тоже столько же, потому что они родились в один год. Я это много раз слышала – они всегда со мной разговаривают обо всём, и всё, что я прошу, повторяют много раз. А мама почти всё время молчит, а «повторять всё по сто раз» тем более не любит. Сколько, на самом деле лет, маме, я не знаю, она никогда не говорила про это. Мне даже кажется, что она сама забыла. Помнит только, что она «младшая сестра дяди Васи». Значит, когда-то ей тоже будет тридцать лет. Наверное, это почти триста, потому что очень похоже звучит. Дядя Вася – мне дядя, а Нинке – папа. Когда я бываю в деревне, он приезжает из города вместе с моей мамой на выходные. Нинку с собой берет очень редко, потому что она ещё маленькая, и плохо переносит транспорт. Я уже большая и транспорт переношу хорошо. Мы с дядей Васей играем в паровозик и подъёмный кран – он катает меня на плечах и качает на ноге. А ещё он привозит мн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– А ещё физрук будет новый и историк, – вступил в диалог Рустам.

– И географичка, – вставила бывшая шестиклассница, а теперь ученица седьмого класса – Юлька, с впередистоящего сиденья. Она расположилась полубоком к нам, претендуя видимо на место около Швецовой.

– Учитель пения был женат, – запел Виталик, – и вёл роман с географичкой.

У меня по телу пробежал приятный холодок – эту песню летом Димка пел под гитару. Ах, лето, лето. Я, кажется, даже была немножко влюблена в Димку. Интересно, что я почувствую сейчас, когда после долгого перерыва увижу Чернова?

Мы выходим около клуба. Днём, он выглядит маленьким домиком с низкими окнами. «Приглашаем посетить нашу библиотеку», – читаю объявление на входе. Оказывается клуб – простой уютный домик с библиотекой, сценой и доброй заведующей. Почему ночью всё воспринимается иначе? От клуба видна школа, выстроенная в форме буквы «П». На крыльце какие-то фигурки. Я узнаю Неманихину и Муртазаеву, кажется, девчонки ссорятся. Больше никого не видно, несмотря на то, что сегодня первое сентября – шумный, как правило, день. Все затерялись в большом здании, рассчитанном, наверное, на несколько сотен учеников. Наши пятьдесят четыре человека вместе с десятиклассниками в этой школе будут просто не видны. Одиннадцатый класс остался доучиваться в Шумово. Королёва расстроилась, очень уж ей хотелось продолжить свою игру с троицей Юрка-Мишка-Асик. Виталик тоже расстроился, он надеялся поучиться в интернате, познакомиться с новыми девчонками, но школа у нас теперь «полная средняя» и десятый класс решено было оставить в Плоте.

– Не нужна нам утечка мозгов, – пошутила Антонина Митрофановна ещё в автобусе, – зато в следующем году вы станете первыми выпускниками новой школы.

– А у кого там мозги? – грустно вздохнул Виталик, – А выпускники первые вот они сидят (он показал на нас с Королёвой), сваливайте отсюда после девятого, девчонки. Быстрее станете городскими, быстрее замуж выйдете.

– Вот ещё! Замуж! – засмеялась Королёва, – Хомут на себя надевать.

Все засмеялись. Мне стало стыдно за подругу. В последнее время она строит из себя слишком взрослую.

…..

– Дорогие товарищи! Уважаемые господа! – волнуясь, новый директор смешал всё в кучу. Хотя сейчас многие теряются на выступлении, обращение «товарищи» устарело, а «господа» звучит как-то неестественно и смешно. Мой дедушка на митингах, девятого мая, всегда говорит «товарищи», и не стыдится этого. Да и перед большой аудиторией он не волнуется. Потому что у дедушки грандиозный опыт, а у молодого директора опыта нет. Надежда Дмитриевна – прежняя директриса пришла на помощь своему приемнику, и практически всю линейку провела сама.

– Посмотрите, какой симпатичный у нас физрук, – громко шепчет Неманихина, – просто картинка, а не мужик.