ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Повесть основана на реальных событиях, дающих возможность читателю определённой возрастной категории вновь погрузиться в своё советское детство и постперестроечную юность. Произведение вызывает приятн... Жила-была девочка Виктория Трелина © Виктория Трелина, 2015 © Василий Дмитриевич Безгинов, фотографии, 2015 Создано в интеллектуальной издательской системе Я обращаюсь к вам, девчонки и мальчишки, получившие паспорт в девяностых. Я знаю – нас очень много. Давайте вместе посмотрим картинки нашего с вами общего детства. Только ни на диске, ни в интернете. Все-таки это относительно старая плёнка. В то время была другая культура и техника: пластинки, кассеты, диафильмы и, конечно, книги. Книга, которую вы держите в руках, послужит вам той машиной времени, в которую все мы когда-то верили Если Вы узнаете себя на этих страницах. … А, в общем-то, по-другому и не может быть. Виктория Трелина В деревне у меня есть кошка, кролики и качели. Качели сделал дедушка, которому шестьдесят лет, и бабушке тоже столько же, потому что они родились в один год. Я это много раз слышала – они всегда со мной разговаривают обо всём, и всё, что я прошу, повторяют много раз. А мама почти всё время молчит, а «повторять всё по сто раз» тем более не любит. Сколько, на самом деле лет, маме, я не знаю, она никогда не говорила про это. Мне даже кажется, что она сама забыла. Помнит только, что она «младшая сестра дяди Васи». Значит, когда-то ей тоже будет тридцать лет. Наверное, это почти триста, потому что очень похоже звучит. Дядя Вася – мне дядя, а Нинке – папа. Когда я бываю в деревне, он приезжает из города вместе с моей мамой на выходные. Нинку с собой берет очень редко, потому что она ещё маленькая, и плохо переносит транспорт. Я уже большая и транспорт переношу хорошо. Мы с дядей Васей играем в паровозик и подъёмный кран – он катает меня на плечах и качает на ноге. А ещё он привозит мн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Примерно в десять минут двенадцатого я приподнимаюсь с подушки и слышу за окном короткий свист и гул голосов.

– Блин, надо было ждать, – ругаю я себя.

– Пойдём, – подскакивает Нинка.

– Всё. Сходили уже. Нас до одиннадцати отпускали, – я чуть не плачу от обиды.

Почему все нормальные люди гуляют чуть ли не до утра? Кто к нам будет ходить, к таким послушным? Как в следующий раз отпрашиваться? Как дальше вести себя с этими приколистами? Этот чёртов ковшик они долго будут вспоминать. Почему у меня всегда всё через задницу? Когда я уже, наконец, получу паспорт, стану самоуверенной и самостоятельной?

Мы объявляем вам войну

«Городские» ходят к нам на низ редко.

– Приветствую Вас, живущие на отшибе, – театрально здоровается Белый в эти нечастые визиты.

Чаще мы сами ходим вверх, хотя дедушка думает, что мы сидим на своей скамейке. Улица собирается около кормоцеха, а во время дождя внутри самого здания. Таперь войти туда можно не только через дырку в шифере. Сельчане разобрали одну стену по кирпичику, таким образом, сделав большой вход в сарай. Вверху улица всегда большая: кроме нас троих «с отшиба», Швецовой и городской четвёрки, во главе с Белым, на кормоцехе тусуются Тихоновы – три сестры, приезжающие к деду Тихону, Юлька-семиклассница, сдружившаяся с Маринкой-Сонюшкой, Виталик, Юрка и Рустам.

Девчонки Тихоновы – наши главные конкурентки. Непонятно откуда в этом году свалились на нашу голову эта странная, вечно шепчущаяся троица. Неясно, чем могут нравиться парням их постоянно недовольно-удивлённые рожицы?

– Лё-ё-ёш, – тянет Ленка Тихонова, – проводи нас до дома, а то там, возле кладбища страшно.

Белый посмеивается, но встаёт и ведёт Тихоновых домой. Возвращается, он, как правило, не скоро.

– Он, наверное, со Светкой встречается, – делится своими догадками Королёва.

– А мне кажется, с Танькой, – вступает в дискуссию Ирка.

– Таньку вчера Виталик провожал, – я готова отдать Тихоновым нашего Виталю, который в свете городских, кажется неотёсанным мужиком. Белого мне жалко. Какая-то доля ревности к трём сёстрам во мне сидит. Нет, я не влюблена в главаря шайки. Наверное, я обязательно бы влюбилась, будь Белый сантиметров на двадцать повыше. Но пока, нет – я не влюблена. Вернее, так: я влюблена во всех сразу. Все они: и Дэн, и Игорь, и Макс – такие интересные и непохожие на наших, сельских. Я не могу сделать выбор в пользу одного из них. Меня смешат приколы Белого, хотя они иногда довольно обидные. Мне приятны прикосновения Игоря, у которого вчера я сидела на коленях. Я не могу налюбоваться на смуглое лицо Дэна. А Макс, который как-то в шутку пригрозил мне, что «зацелует до смерти», с тех самых пор стал для меня просто секс-символом.

Нинке нравится красавчик – Дэн. Королёва выбирает между Игорем и Максом.