ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С каждым днем моя жизнь становится все страшнее и страшнее…Наш крохотный отряд совершает вылазки в мертвый город, где мы ищем еду и боеприпасы, убиваем садистов-людоедов и освобождаем их пленников. Пустошь Джен Александер Jen Alexander The wasteland © Jen Alexander, 2014 © Школа перевода В. Баканова, 2015 © Издание на русском языке AST Publishers, 2015 * * * Глава первая Август Я чувствую землистый запах надвигающейся грозы. Он пропитывает соседние здания, сочится сквозь разбитые окна, крошащийся кирпич и покореженный металл, смешивается с вонью, которой несет от сгоревшего музыкального магазина в двух кварталах отсюда. На прошлой неделе мы совершили набег на сувенирную лавочку через дорогу от того места. Тела четырех ютившихся в магазине людей все еще лежат внутри посреди поломанных дисков и обгорелых инструментов. Воздух сегодня сырой – прямо чувствую, как моя кожа впитывает влагу. Но я не поверю, что пойдет дождь, пока своими глазами не увижу первые капли. Солнце жарит немилосердно. В последний раз, когда я решила, что пойдет дождь, и расставила на крыше пустые бутылки, земля оставалась сухой еще почти две недели. Сидя на крыше тюрьмы, где мы поселились два месяца назад, я стараюсь не думать о тех злосчастных тринадцати днях. Полуденное солнце поджаривает мои голые плечи. Пот течет в глаза и капает на бинокль, отчего тот становится скользким. Я не хочу здесь быть. Час назад, когда я проснулась, голова так болела от голода и жажды, что хотелось одного – перевернуться на другой бок и вновь забыться сном. Но что-то заставило меня встать с постели – наверное, голод или инстинкт самосохранения. Возможно, и то, и другое. Со сном придется подождать. На другой стороне улицы возвышается величественное здание в готическом стиле. С крыши свешиваются горгульи, бронзовые статуи охраняют вход. Когда-то там заседал суд. Красивое здание, особенно по меркам мира, который пал ниц и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У меня за спиной раздается звуковой сигнал, и движения механической руки ускоряются. Металлический гроб теперь издает негромкое гудение. Наклонившись к стеклу, я вижу, что раны девушки исчезают – кожа постепенно срастается.

У нее маленький лоб. У самой линии волос – шрам в виде галочки.

Прямой, покрытый веснушками нос.

И мои губы…

Я смотрю сама на себя.

Мне хочется отшатнуться и броситься бежать, но вместо этого я барабаню пальцами по стеклу и нетерпеливо втягиваю носом воздух.

– Сколько можно ждать?

Я говорю мягким, почти детским голосом.

Это не мой голос, но я сразу его узнаю: я слышала его и раньше. Мне снова снится, будто я та, другая девушка.

– Она сильно искалечена, – произносит женский голос. – Вам лучше поехать домой и подождать там.

Я перевожу взгляд с изуродованного тела на говорящую женщину, которая сидит за столом и близоруко щурится на голубой стеклянный квадрат. Она несколько раз ударяет по нему пальцем, и прибор у меня за спиной издает скрежещущий звук. Над столом поднимается полупрозрачное зеленое изображение головы, покрытое сетью пересекающихся линий. По форме лица и носа я узнаю в нем собственную голову. Женщина снова дотрагивается до стекла, и проекция превращается в парящую модель мозга.

– Внешний вид регенератор исправит быстро. Однако потребуется время, чтобы проверить мозг на наличие повреждений.

Я обхожу регенератор кругом. Тишину нарушает только писк прибора каждые пятнадцать секунд да цоканье каблуков по плитке пола. Туфли на каблуках… Даже если я раздобыла бы такие наяву, то никогда не стала бы носить. В моем мире нет места непрактичной обуви.

– Подробности излишни. Когда я получу ее обратно?

Женщина поднимает глаза и смотрит на меня, стоящую над собственным телом. Отвечая, она теребит нижнюю пуговицу белого халата.

– При всем уважении, мисс Оливия, есть и другие персонажи, гораздо более совершенные и техни…

Хотя это всего лишь сон, и я – вовсе не я, при звуке этого имени все у меня внутри холодеет. Я хочу проснуться. Хочу, чтобы сон кончился.

– Мне не нужен другой персонаж, – обрывает женщину тот же мягкий голос. – Мне нужна она.

– Ее жизненно важные органы…

– Вы, кажется, меня не поняли, Коста. Или же недостаточно компетентны, чтобы выполнить порученную вам работу. Я уже сказала, чего хочу: почините ее!

Коста вновь ударяет по голубому стеклу. На месте парящего мозга опять появляется моя голова, затем изображение опускается вниз и гаснет.

– На этот раз она чуть не погибла, – говорит Коста.

– Если она умрет, вы тоже умрете. Так что приведите ее в порядок.

«Проснись… Проснись же… Все это просто дурной сон…»

Коста тяжело вздыхает и берет со стола какой-то предмет.