Сейчас одним рывком я сверну ему шею, а потом буду жалеть. А может, и не буду.
Он снова кивнул и полез в карман.
Это могло бы насторожить меня прежде (не то чтобы я не был в состоянии сломать его руку в любой момент, остановив ее движение), но в последнее время я часто думал о смерти, о том, что она значит для людей… и какой будет для Дианы. И потому лишь смотрел на его руку с отстраненным интересом, думая: уклониться от выстрела в упор… или нет?
Не знаю, ждал ли я оружия, но того, что он достал, не ждал определенно.
Он молча протянул мне фотографию.
Глядя на нее, я, неподвижный, слушал, как внутри моего стального, отлаженного до совершенства тела все сжимается от невыносимой боли — сильнее и сильнее, пока в целой вселенной не остались только этот снимок и моя боль.
— Не знал, что у вас… дочь, — как я ни старался, мой голос выдал муку: это была одна из тех немногих вещей, что я не мог — иметь детей.
Я не знал. Мог узнать, конечно, но понимал, что если буду пристально следить за их счастливой жизнью — сойду с ума. Поэтому я посылал своих ищеек раз в год с одним вопросом: «Жива ли Диана?» И запрещал докладывать что-либо еще.
Прилагая неимоверные усилия, чтобы голос мой не дрогнул, я добавил:
— Она так похожа на нее.
И это ранило еще сильнее: молодая женщина на фотографии выглядела копией Дианы в те годы, когда она была со мной, — лицо, фигура, водопад волос и дерзкий, яркий взгляд. В объятиях Кайла она нежно прижимала его изрытое морщинами лицо к своему, сияющему красотой, и счастливо улыбалась прямо в объектив.
Он не только отобрал у меня любовь — бесценное сокровище, но к ней в придачу получил и мою недостижимую мечту…
Мне нестерпимо захотелось убить его в эту же секунду!
Крови! Только вкус его крови мог бы мне сейчас помочь! И хруст костей его ломающейся шеи под стальными пальцами моей руки. И его предсмертное хрипение… Как же удержаться?!.
Он, без сомнения, видел свою смерть в моих глазах, но был на удивление спокоен. Его лицо не несло и тени страха, лишь решимость и — обреченность.
— У нас с Дианой нет детей, Кристоф. Она бесплодна. — Теперь, как будто поменявшись местами со мной, он пытался и был не в состоянии скрыть свою муку.
Я не мог понять. Что за?..
— На фотографии со мной Диана.
Я вновь всмотрелся в снимок. Монтаж? Зачем?
— Нас сняли мои друзья четыре дня назад — в день нашей годовщины, — его глаза, голос и, главное, запах подтверждали это.
— Она… хорошо выглядит, — ком в горле мешал мне говорить. — Она сделала?..
Но он прервал меня на полуфразе:
— Ты никогда не задумывался, Кристоф, почему ее кровь столь целебна для вас? Она обладает огромным потенциалом к регенерации, как ты знаешь.






