ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодая репортерша Эмили Бакстер оказалась одной из немногих переживших красный дождь, вызванный пришельцами и уничтоживший человечество. Но на смену потопу и вызванной им эпидемии приходит еще бол... Исход Пол Энтони Джонс Paul Antony Jones Exodus Серия «Сотня» © 2013, Paul Antony Jones. All rights reserved © Оксана Ветловская, обложка, 2015 © Ольга Кидвати, перевод, 2015 © ООО «Издательство АСТ», 2015 Если верить станционной телеметрической системе, МКС находилась в настоящее время над южной частью Атлантического океана, быстро двигаясь в сторону Намибии. Пролетев над континентом, который когда-то дал человечеству жизнь, станция пройдет над Европой, а потом – над Центральной Россией. За два месяца в космосе Фиона видела множество восходов, и каждый из них был по-своему особенным, поскольку станция всякий раз находилась в новом месте над поверхностью планеты. Но в день, когда настал конец света, восход выглядел непохожим на остальные по другой причине. Сперва капитан Муллиган подумала, что уникальность этого восхода – всего лишь разновидность оптической иллюзии, игра света, отразившегося от низких облаков, словно одеяло, затянувших почти всю поверхность планеты. А может, дело было в полярном сиянии, озарявшем северную часть Земли. Но, продолжая наблюдать за происходящим далеко внизу, Фиона поняла, что там творится нечто совершенно иное и абсолютно экстраординарное. За быстро продвигающимся фронтом рассвета тянулась искрящаяся красная полоса. Вначале это была едва различимая, тонюсенькая линия к югу от Индонезии, которая расширялась по мере приближения к Финляндии. Проводив полосу взглядом, Фиона увидела, что та постепенно расширялась: над экватором висела изрядной ширины багряная завеса, которая, по ее прикидкам, была никак не уже тридцати миль. Над тропиком Козерога красная полоса снова начинала сужаться, превращаясь в тонкую ниточку, исчезавшую где-то над Северным

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Если бы Элиза была со мной, она бы знала, как поступить. Для нее это было бы просто. Ты бы ей понравилась.

Эмили позволила улыбке коснуться уголков ее губ, поставила стакан и подошла к Саймону. Встав у него за спиной, она легонько дотронулась до его плеча:

– Саймон, ты знаешь, что должен сделать. Надо уходить, потому что твоя единственная надежда в этом. Используй свой шанс. Скоро у тебя не останется никакого выбора.

Саймон обернулся к ней лицом, и в его глазах стояли слезы.

– Все это так чертовски тяжело, – еле слышно промолвил он. – Господи, что я скажу детям?

– Не беспокойся пока об этом, – ответила Эмили. – Постарайся как следует выспаться, а утром мы все решим, о’кей?

Глава шестая

Эмили, вздрогнув, проснулась.

В тумане полусна ей показалось, будто она что-то слышит. Так ли это? Или звук – просто продолжение кошмарного сна?

Секунда бежала за секундой, но она слышала лишь ритмичное дыхание Тора, сон которого ничто не потревожило.

Это просто нервы, сказала она себе в конце концов, с облегчением вздыхая. С той поры, как она покинула Манхэттен, дурные сны успели стать ее вотчиной.

Она уже почти разрешила себе снова уснуть, но тут услышала пронзительный крик. Казалось, кричал Бен.

Глаза снова сами собой открылись. Растерянная, с колотящимся сердцем, она потянулась в темноте туда, где, кажется, стояла лампа, но наткнулась на стакан с водой и свалила его на ковер. Стакан не разбился, но Эмили услышала, как вылилась из него вода.

– Черт, – ругнулась она.

Пальцы наконец наткнулись на выключатель, и комнату озарил свет. Морщась от внезапной смены освещения, она осмотрела незнакомую комнату, просто чтобы убедиться в отсутствии посторонних. Никого, кроме Тора, тут не было. Пес за какую-то пару секунд очнулся от сна и теперь стоял, прижав нос к щели между дверью и косяком, напряженный, со вздыбленной шерстью. Когда Эмили спустила ноги с кровати и двинулась к выходу из спальни, маламут посмотрел на нее. Стоило журналистке открыть дверь, как он мигом выскользнул из комнаты и устремился на звук. Эмили побрела следом.

Крики продолжались, но теперь был слышен еще и голос Саймона, который доносился откуда-то из коридора.

– Бен! Бен! – кричал архитектор сыну. – Все в порядке. Папа здесь. Это просто сон, Бен, просто сон.

Когда Эмили добралась до спальни мальчика, тот уже изо всех сил вцепился в своего отца. По личику малыша текли слезы, а Саймон нежно укачивал сына, ласково приговаривая:

– Тише-тише. Все хорошо.

Полные слез карие глаза Бена уставились на входящую в комнату Эмили.

– Чудища! – воскликнул он, плача все сильнее. – Чудища идут.

* * *

Тор лежал рядом с Беном на кровати, ласково прижимаясь башкой к его руке.