ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Четвертый роман цикла "Страна Арманьяк". Александр Башибузук Страна Арманьяк Корсар ПРОЛОГ Множество разодетых придворных, разбившись на группки, вполголоса обсуждали прошедшие свадебные празднества и турниры. Неожиданно послышались четкие шаги, дворяне расступились в стороны и уставились на сухопарого мужчину в длинных замшевых ботфортах и черной кирасе, скромно украшенной золотой чеканкой. Образ завершал старомодный берет с тремя пышными павлиньими перьями, волнистые длинные волосы с легкой проседью, гордый профиль с внушительным горбатым носом, аккуратно подстриженная бородка, длинный узкий меч с роскошным эфесом и веселые наглые темно-карие глаза. На шее мужчины, в такт его шагам, мерно покачивался на скромной цепочке золотой орден, в виде стилизованной овечьей шкуры. Он уверенно чеканил шаг по навощенному палисандровому паркету, не обращая никакого внимания на основную массу придворных, но не забывал одаривать своей улыбкой некоторых дам и приветствовать легким кивком своих знакомых. Кавалер ордена Золотого Руна, баннерет Бургундии барон ван Гуттен, по совместительству гранд-камергер, отвечающий за личную охрану герцогини, помимо чинов и титулов имел много прозвищ, последним из которых было прозвище Гентский Палач, полученное совсем недавно. Он не был любимцем Бургундского Отеля*, мало того, большая часть придворных, люто ненавидела его и считала не боле чем зарвавшемся выскочкой. Нелюбовь объяснялась очень просто: барон был богат как Крез, был популярен у женщин и водил дружбу почти со всеми первыми лицами Отеля, щедро осыпавшими его своей благосклонностью. И даже новый герцог Бургундии и Фландрии, муж дочери покойного Карла Смелого, Максимилиан Габсбург, с какой-то стати, не стал обходить барона милостями. Вот и сейчас, с завистью думали дворяне, он призвал его пред свои сиятельные глаза, явно не для то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Если ваше душевное состояние пойдет на лад, его высочество требует немедленного возвращения барона ван Гуттена ко двору... - Мария Бургундская закончила фразу за своего супруга.

- Именно так! - подтвердил Максимилиан и окинул жену обожающим взглядом.

- Благодарю вас, сир! Я ваш покорный слуга... - почтительно заявил барон и умело скрыл довольное лицо, опять склонившись в поклоне. - Ваши желания для меня закон...

- Да и еще... - добавила герцогиня отвечая ласковой улыбкой на взгляд своего мужа. - Мы надеемся, что поставки из ваших владений к нашему двору будут продолжены.

- Несомненно, ваше высочество... - у барона на губах проявилась ироничная улыбка, но молодые супруги были настолько заняты друг другом, что этого совершенно не заметили.

Ван Гуттен покинул герцогские покои и быстро зашагал по приемному залу. Ему до чертиков надоел двор и он стремился как можно быстрей покинуть его. Тем более, барон уже выполнил предсмертную просьбу своего покойного сюзерена и больше не чувствовал себя обязанным Бургундской короне. А Максимилиан? В свое время, Жан ван Гуттен отказался служить его отцу, самому кайзеру Великой Римской Империи, и уж совсем не собирался служить сыну, решив ограничиться обязательными налогами и щитовой повинностью в денежном эквиваленте. К тому же, у барона скопилось немало долгов перед самим собой и он, в самое ближайшее время, собирался их закрыть.

Но это уже завтра, а на сегодня, еще у него остались некоторые неразрешенные дела при дворе, требующие прямого участия...

.

ГЛАВА 1

- Сир? - склонились в почтительном поклоне Луиджи и Пьетро.

Братья за последнее время очень сильно возмужали, превратившись из тощих нескладных подростков, в статных молодцев, напропалую волочившихся за юбками и уже отметившихся в парочке ссор с последующими поединками. Прямо на глазах мужают оболтусы. А ведь с того момента, как мне их представил Ле Гранье, покойный шут покойного владетеля Бургундии, прошло всего-то ничего времени. Хотя чему я удивляюсь, пацаны пережили со мной немало... Стоп, опять в воспоминания ударился? Старею что ли?

- Чего хотели? - прогнав сентиментальные мысли поинтересовался я у своих пажей.

- Сир... - немного помявшись спросил Луиджи. - Дозвольте нам отлучится до вечера.

- Дозволяю... - я оправил перед зеркалом берет и добавил: - Долги позакрывайте. Завтра отбываем и вернемся в Гент очень нескоро. Марш...

- Сир, дозвольте поинтересоваться, о каких долгах вы ведете речь?.. - настороженно поинтересовался Пьетро.

- Долги чести, сердечные долги и наконец, черт побери, долги ювелиру, которому вы задолжали по полфлорина. Времени на все про все, у вас ровно до вечера. Свободны...

- Ваши приказания для нас закон...

Отправив пажей, я немного постоял перед зеркалом, остался довольным своим видом и приказал подавать лошадь.