ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Весь мир – театр, а люди в нем – актеры. Для кого как, а для Сергея Шейранова это вовсе не фигура речи. Ведь он – Кукловод, человек, способный подселиться в другого и управлять им по своему усмотре... Князь Константин Георгиевич Калбазов © Калбазов К., 2016 © Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016 * * * – Ты уже не раз это рассказывал, дядь Ваня. – А ты лишний раз послушай, не обломишься. И потом я это к тому, что с купцом нашим шутки плохи. У него ничего дороже дочки на этом свете не осталось, и за нее он тебе на одну ногу наступит, а за другую разорвет, как лягуху. И учти, я это не для красного словца говорю. Сила в нем дурная. – И что же, он Катерину свою век подле себя держать станет? – Век не век, а за наемника голоштанного не отдаст. Кашу доел? – Ну, доел. – Не нукай, оболтус. Марш Петра менять. Получив в качестве ускорения легкий подзатыльник, паренек поднялся со своего места и, подхватив «АКМС», полез на крышу кунга. Там располагалась пулеметная точка. Продуманная такая точка, надо сказать. Эдакая бочка, внутри которой сиденье для пулеметчика, что-то вроде системы в БТРе. Крутиться можно на триста шестьдесят градусов. Правда, пулемет ручной, «дегтярев» с ленточным питанием, но оно и лучше. Огневая точка рассчитана на одного человека и установлена над десантным отделением сразу за водительской кабиной. Там находятся остальные наемники, и высокий потолок, как в грузовом отделении, им ни к чему. Двери отделения бронированные с бойницами. Кабина, кстати, также усилена, и стекла толстые, не каждая пуля возьмет. Оно, конечно, тяжеловата конструкция. Но, с другой стороны, в «КамАЗе» тяжелый груз не так чтобы и часто бывает. Скорее уж объемный. Но Верзилин без раздумий уступил часть объема, чтобы защитить охрану. Иные купцы трясутся над каждой копейкой и лишним свободным кубометром кузова. А того не понимают, что только живой наемник может обеспечить сохранность груз

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У того от подобного маневра аж глаза на лоб полезли, и он с ужасом уставился на причинное место. Бекеш без намека на брезгливость ухватил горца за мошонку и изобразил самую радушную улыбку, на какую только был способен.

– Слушай сюда, воин гор. Либо ты нормально отвечаешь на мои вопросы и умираешь, как настоящий мужчина. Либо я тебе сейчас отрежу яйца, а потом сделаю женщиной. Сначала я, а следом все мои люди. Нас немного, всего лишь три десятка дружинников, ну еще других мужчин наберется человек двадцать. Так что ты от этого не умрешь. Напротив, будешь жить, весело повизгивая и виляя раздолбанной задницей. А ноги я тебе вылечу, не сомневайся, я хороший хирург. Самый лучший на Кавказе, ручаюсь. Молчишь? Ладно. Это твой выбор.

Нож с тихим шелестом выскользнул из ножен. Бекеш поиграл блестящим лезвием, любуясь игрой света, а потом резко опустил вниз, поудобнее прихватив хозяйство горца. Мгновение – и холодное лезвие коснулось натянутой кожи, слегка взрезав ее и пустив каплю крови.

– Не-э-эт! – еще больше выпучив глаза, заголосил горец, похоже, вообще позабыв о боли.

– Говори, сука! – игнорируя возмущенный взгляд Катерины, прорычал Бекеш.

– Мы из аула Агабек. Узнали о том, что здесь живут удачливые мародеры, – взахлеб начал тараторить пленник. – Бек решил отправиться в поход и взять богатую добычу. Нам сказали, что ее здесь много. А еще сказали, что в пустоши нет заразы, потому что мародеры тут живут давно и до сих пор не заболели и не умерли.

– Кто сказал?

– Староста сказал. Из села, здесь рядом. Сам пришел к Беку и все рассказал.

– Сколько вас отправилось в поход?

– Сто воинов.

– Вы шли передовым дозором?

– Да.

– Сообщить по рации о том, что заметили машину, успели?

– Да.

– Минометы есть?

– Нет.

– Броня? Ну?! – Бекеш слегка надавил на нож, чтобы пленный не расслаблялся.

– Нет! Нет брони! – дернувшись, выкрикнул пленник.

Одновременно со скрипнувшими тормозами нож легко вошел между ребер, развалив сердце. Им пленные сейчас ни к чему. Хм. Похоже, так думают не все. Катерина-то молчит, но ее взгляд красноречивее любых слов.

– Станешь у руля, будешь поступать, как посчитаешь нужным. А сейчас мое решение и моя ответственность, – отмахнулся от невысказанного возмущения Бекеш.

– Он пригодился бы для переговоров, – покачала головой девушка.

– Для каких переговоров, девочка. Эти парни понимают только язык силы. Получат отлуп, отстанут. Начнем с ними разговоры разговаривать, ввек не отвяжутся. А этот… Если бы остался жив, то злее врага у нас не было бы. Ты была замужем за горцем, знаешь, что значит для них мужское достоинство. Да он только за слова о том, что у него не стоит, зарежет, а за такое…

Бекеш махнул рукой, словно устал объяснять. В этот момент дверь салона отворилась, и он подал знак Беркуту брать труп за ноги.