ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Принц Айан — наследник государства Дагар. Его боготворят народ и близкие, но сам принц предпочитает жить затворником. История его семьи, как и биография самого принца, переполнена темными пятнами и та... Черное сердце Тара Пэмми Глава 1 Накачаться таблетками и провалиться в сладкое забвение? Или провести ночь в тревожных, прерывистых снах на грани помешательства? Навредить телу или измучить разум? Каждый вечер Айан бин Рийааз аль-Шариф, коронованный принц Дагара, стоял перед этим выбором. Восемь месяцев одно и то же, а он до сих пор не знает, к чему склониться сегодня. Хотя сегодня, пожалуй, к таблеткам. Последнюю ночь он гостил в стране Сийад, соседствующей с его собственным государством — Дагаром. Да, наверное, лучше будет отключить сознание. «Вчера же ты это сделал», — прошептал в ухо голос, сильно похожий на голос старшего брата. Выйдя из невыносимо горячего душа, Айан вытерся полотенцем и надел черные спортивные брюки. Сегодня он пробежал три часа, мышцы ног теперь нещадно горели. Он держался освещенной территории по периметру дворца. И каждый раз, когда видел члена королевской охраны — своей или сийадской, — чувствовал приятное облегчение. Войдя в роскошную спальню, он бросил взгляд на прикроватный столик. Здесь стоял флакон с таблетками. Две таблетки, чтобы забыться сном мертвеца. Серьезное искушение. Но что, если завтра в голове будет туман? Ватные ноги и сухость во рту. Вновь стоит признать свое поражение. Бессилие в борьбе с собственным сознанием. Поражение… Он поднял пластиковый флакон, покрутил его в руке, поиграл с крышкой, предвкушая горький привкус таблеток. Легкий бриз колыхал шелковые занавески на уходящих в пол окнах. За эти полчаса стало совсем темно. Вечерняя жара касалась его тела влажными пальцами. Он не любил тихие, спокойные ночи. Тихая, спокойная ночь означает, что он опять поведет себя как безумный, бесполезный трус. «Ты и есть чертов трус, б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Брат бы выбрал в жены такую женщину, как ты. Но сделал бы это по собственной воле, а не по зову долга. — Голодный взгляд упал на губы Зохры. От неожиданности она вздрогнула. — У брата хватило бы смелости стать тебе мужем во всех отношениях.

С этими словами принц покинул покои.

Признание принца эхом отозвалось в ушах Зохры. Нащупав позади себя мягкое кресло, принцесса медленно опустилась в него.

Она слышала шепот за спиной отца, видела кривые ухмылки на лицах. За одиннадцать лет Зохра привыкла ко всему этому. И все же сегодня недовольство ею просто витало в воздухе. Где это видано, чтобы принцесса прибыла на собрание без мужа?

Она знала: этот шепот не умолкнет никогда. Будет ее отец жив или нет, станет Вазим коронованным принцем или нет, ничего не изменится. Уж в ее-то жизни точно все будет по-прежнему. Нечистокровная дочь. Ненастоящая жена. Впереди годы бесцельных скитаний между Сийадом и Дагаром.

Она устала от отсутствия рядом того, с кем можно посмеяться; того, кого можно просто назвать своим другом. Дни сменяли друг друга, не давая ни искры надежды на будущее счастье. Глубина собственного одиночества душила ее.

Зохра стиснула зубы, когда рядом остановился Карим — сын двоюродного брата ее отца. Он был самым мерзким из всех — алчный до власти, ненавидящий ее за то, что вступила в союз с Дагаром.

Он наклонился к ней и тихо проговорил:

— Поздравляю тебя, Зохра.

Более лживого поздравления не может быть в мире. Зохра знала, что на самом деле испытывает Карим по отношению к ней. Ненависть, кишащую желчью. И за ее случайное рождение, и за отказ вести себя как подобает женщинам Сийада.

— Я знал, что это случится, — продолжал Карим, неприлично сокращая расстояние. — Я говорил дяде Салиму, что только сумасшедший может взять в жены такую, как ты.

К горлу принцессы подступил комок. Какое он имеет право говорить так об Айане?

— Ты и мизинца его не стоишь, — прошипела Зохра.

Покачав головой, Карим натянул улыбку:

— Скажи мне, Зохра. Почему он вернул тебя в Сийад всего через три недели после свадьбы? Может, ты и сумасшедшему в жены не годишься? — Он цокнул языком, и лицо принцессы побелело от злости. Тишина вокруг давила на уши. Кто-нибудь слышал его грязные слова? — Может, наш псих узнал, что ты плод интрижки своей матери с женатым мужчиной? Или ему пришлось не по нраву, что ты сама имеешь опыт в амурных делах?

Неприкрытая угроза в его взгляде вселяла страх. Как и осознание того, что ее прошлое может бросить тень на семью принца Айана, которая всегда вела себя с ней так достойно и почтительно. Не было случая, чтобы Зохра почувствовала хоть долю неуважения к себе. Айан выходил из себя, повышал голос, прижимал ее к стене, но даже это он делал с честью мужа и уважением к ней.