ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Принц Айан — наследник государства Дагар. Его боготворят народ и близкие, но сам принц предпочитает жить затворником. История его семьи, как и биография самого принца, переполнена темными пятнами и та... Черное сердце Тара Пэмми Глава 1 Накачаться таблетками и провалиться в сладкое забвение? Или провести ночь в тревожных, прерывистых снах на грани помешательства? Навредить телу или измучить разум? Каждый вечер Айан бин Рийааз аль-Шариф, коронованный принц Дагара, стоял перед этим выбором. Восемь месяцев одно и то же, а он до сих пор не знает, к чему склониться сегодня. Хотя сегодня, пожалуй, к таблеткам. Последнюю ночь он гостил в стране Сийад, соседствующей с его собственным государством — Дагаром. Да, наверное, лучше будет отключить сознание. «Вчера же ты это сделал», — прошептал в ухо голос, сильно похожий на голос старшего брата. Выйдя из невыносимо горячего душа, Айан вытерся полотенцем и надел черные спортивные брюки. Сегодня он пробежал три часа, мышцы ног теперь нещадно горели. Он держался освещенной территории по периметру дворца. И каждый раз, когда видел члена королевской охраны — своей или сийадской, — чувствовал приятное облегчение. Войдя в роскошную спальню, он бросил взгляд на прикроватный столик. Здесь стоял флакон с таблетками. Две таблетки, чтобы забыться сном мертвеца. Серьезное искушение. Но что, если завтра в голове будет туман? Ватные ноги и сухость во рту. Вновь стоит признать свое поражение. Бессилие в борьбе с собственным сознанием. Поражение… Он поднял пластиковый флакон, покрутил его в руке, поиграл с крышкой, предвкушая горький привкус таблеток. Легкий бриз колыхал шелковые занавески на уходящих в пол окнах. За эти полчаса стало совсем темно. Вечерняя жара касалась его тела влажными пальцами. Он не любил тихие, спокойные ночи. Тихая, спокойная ночь означает, что он опять поведет себя как безумный, бесполезный трус. «Ты и есть чертов трус, б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Все, что мне нужно, — продолжал Карим, наклоняясь еще ближе, — это взаимная польза. Я могу быть полезен тебе, а ты мне. — Желчь ненависти жгла принцессе горло. — Помни, Зохра, я всегда рядом. Если псих будет не в силах ублажить тебя, я с радостью…

Он не договорил. Длинные пальцы, так похожие на пальцы Айана, схватили его за плечо. Зохра повернулась так резко, что ей пришлось схватиться за стол, чтобы не упасть.

Рядом с ней стоял ее муж. Лицо сковано ледяной злобой. Он наклонил голову к Кариму, но глаза принца смотрели на нее. Холодный взгляд и в нем немой вопрос.

— Подойдешь к моей жене еще раз, пожалеешь, — прошипел Айан. — Очень пожалеешь.

Румянец сошел с лица Карима, сменившись пугающей бледностью.

— Принц Айан, позвольте приветствовать вас на нашем…

— Беги так быстро, как только можешь, Карим.

Айан говорил тихо, но его слова были слышны каждому. Бледный Карим незамедлительно покинул зал. Зал, в котором повисла гробовая тишина.

Она чувствовала запах его кожи, перебивающий легкий аромат его парфюма. В следующее мгновение Айан нежно взял жену за запястье. Их взгляды встретились. Этот ставший родным шрам над бровью; это теплое, слегка неровное дыхание. Словно кто-то приоткрыл тяжелый занавес, и скрытое желание вдруг стало видно не только им самим, но и всем присутствующим.

— Все хорошо, принцесса?

«Не обольщайся, Зохра», — сказала она сама себе. Три недели она была замужем за Айаном бин Рийаазом аль-Шарифом. И уже успела понять, что принц пришел бы на помощь любой женщине в такой ситуации. Честь была у него в крови.

— Все хорошо, — наконец промолвила она. — Только прошу, не называй меня так.

Принц наклонился к ней. Весь зал замер в томительном ожидании. Его брови сошлись на переносице, во взгляде читался вопрос.

— Если ты ждешь благодарности за мое героическое спасение, — продолжала Зохра, — то ждать ты будешь долго.

Как бы резко ни звучал ее ответ, она ненавидела себя за то, что уже не чувствовала себя такой одинокой, как пять минут назад.

Только сейчас принцесса заметила, что на нем были черные джинсы и белая, с длинными рукавами, туника, шитая для любимого принца женщинами из небольшой деревушки. Рукава закатаны до локтей, на левом запястье блестели золотые часы.

Расстегнутый воротник открывал треугольник его бронзовой кожи. Чувствуя волну возбуждения, она отвернулась.

Принц был одет проще всех в зале, но именно он источал неслыханную мощь и энергию, от которой воздух вокруг него, казалось, вибрировал. Айан протянул к ней руку ладонью вверх:

— Если вам здесь не нравится, принцесса, мы можем уйти.

Глаза Зохры округлились от изумления.

— Какой смысл считаться безумцем, если не можешь уйти с неприятной тебе встречи?

Зохра засмеялась.