ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Томас и Элис созданы друг для друга. Но их мечты о счастливом будущем разрушила Натали, сестра Элис… Через много лет Томас попытается отыскать Элис и узнает, что у него есть дочь, о существовании кото... Трейси Гузман Райская птичка Впервые опубликовано в Соединенных Штатах Америки издательством Simon & Schuster, Нью-Йорк. Стихотворение Мэри Оливер «Без путешествия» (1963) публикуется с разрешения Charlotte Sheedy Literary Agency Переведено по изданию: Guzeman Т. The Gravity of Birds: A Novel / Tracy Guzeman. – New York: Simon & Schuster, 2013. – 304 p. © Tracy Guzeman, 2013 © No Voyage by Mary Oliver, стихотворение, 1965, 1976 © / Dmitriy Shironosov, maximkabb, обложка, 2013 © Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2013 © Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2013 * * * Заглушил мотор, но остался в кабриолете и зажег сигарету. Он так медленно курил и так долго не открывал глаз, что Элис засомневалась, не уснул ли он или, быть может, впал в очередной мрачный транс. Выбравшись наконец из тесноты переднего сиденья, он встал во весь рост, такой же высокий и стройный, как темные стволы, что выстроились у него за спиной, глотая его тень. Левая ступня Элис затекла, и ее закололо сотнями иголок. Элис дернулась. Ветки под ней хрустнули ничуть не громче, чем под лапкой маленького зверька, но он тут же повернулся в ту сторону, где она пряталась, и остановил взгляд на точке прямо над ее головой. Она затаила дыхание. – Элис, – шепнул он в теплый воздух. Она едва уловила шелест, едва разглядела движение губ. Но была уверена, что он произнес ее имя. Это объединяло их: они оба были наблюдателями, хоть и каждый по-своему. Он взял с пассажирского сиденья бумажный пакет и почти с любовью прижал его к груди. Бутылки, решила Элис, вспоминая об отце и его многочисленных путешествиях от машины к их домику и обратно. Тот бережно переноси

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В середине следующего квартала он остановился у древней на вид трехэтажной викторианской постройки. Узкая, мощеная кирпичом дорожка, окаймленная кустами самшита, вела к парадному крыльцу.

– Стивен, думаю, будет лучше, если ты предоставишь говорить мне.

– Боитесь, что я что-нибудь ляпну, да?

– Меня беспокоит, что свойственное тебе сочетание энтузиазма и прямоты могут неправильно истолковать.

Стивен пожал плечами:

– Как знаете.

Финч по привычке запер двери машины и двинулся к дому впереди Стивена. Ему не верилось, что они здесь. Несмотря на то, что он говорил Стивену, последние несколько часов трудно было не думать о Натали и Элис, не представлять, как они теперь выглядят, что отразится на их лицах при упоминании имени Байбера. Финч подготовил себя почти ко всему, но только не к появлению маленького мальчика, который открыл дверь в ответ на его стук.

Финч опустил взгляд и с самым дружелюбным видом протянул мальчику руку:

– Добрый день, молодой человек. Я профессор Финч, а это мистер Джеймсон. Мы приехали повидаться с вашей мамой. Она дома?

Как будто Финчу требовалось напоминание, мол, они уже не в Нью-Йорке, мальчик распахнул дверь настежь без тени скепсиса или подозрений, что ему пытаются что-то продать или заставить заплатить за такси.

– Нет. Она в тюрьме. Вы учитель? – мальчик выглянул из‑за спины Финча, чтобы лучше рассмотреть примостившегося на крыльце Стивена. – Ух ты! Что случилось с вашим глазом, мистер? Вы подрались?

Стивен улыбнулся Финчу:

– Можно ответить, или вы по-прежнему хотите вести разговор в одиночку?

Финч вяло кивнул, не в силах переварить ту часть ответа мальчика, которая касалась тюрьмы. Стивен ступил на порог и присел на корточки рядом с пареньком:

– Да, я подрался. С большим и страшным дядей. Как видишь, победителем я не вышел.

Ребенок поднес указательный палец к глазу Стивена:

– Хороший. Я как-то раз подрался. Дядя Финей сказал, что он снимет ремень, если такое повторится.

Финч оправился и начал сначала.

– Твой дядя здесь? Может быть, мы могли бы поговорить с ним.

– Нет, он дома. Мы живем напротив.

Финч повернулся и окинул взглядом аккуратный двухэтажный серый домик в стиле викторианского фолка с белыми колоннами и крытым полукруглым крыльцом.

– Понятно. Значит, вы с дядей живете там. А Кесслеры живут в этом доме?

– Ага.

Облегчение было молниеносным и сладким.

– Хорошо. Тогда, может быть, ты нам поможешь. Нам нужно поговорить с Натали Кесслер. Ты случайно с ней не знаком?

– Мисс Натали? Конечно. Но с ней вы тоже не сможете поговорить, – мальчик наклонился к уху Стивена и громко прошептал: – Она умерла.

Финч навалился на дверную раму. Реакция на новость обрушилась сверху вниз: закружилась голова, сбилось дыхание, сдавило грудь.