ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Я не прошу тебя простить меня, я умоляю об этом.» Когда Лекси возвращается домой в Техас после десятилетнего отсутствия, она удивлена тому, как радушно встречают ее дальние родственники. Но настоя... Прости меня Эшли Бил Глава 1 Единственная вещь, которая может порезать тебя сильнее, чем лезвие, В то же время способна тебя спасти. Любовь. - Эшли М. Бил Я все еще помню свою первую влюбленность. Мне было тринадцать лет. Скажете, что я была слишком молода? Может быть. Но, все же, она была настоящей. Мы с Зендером Филдсом ходили в школу вместе всю жизнь. Что заставило меня влюбиться в него в тринадцать? Ну, обратное было почти невозможно. Мы жили у одной дороги, его семья на одном конце, а моя – на другом. Моя семья состоит из двух братьев и двух сестер. Также у меня есть мама, которая постоянно находилась в таком напряжении, что ей приходилось принимать мышечные релаксанты и антидепрессанты. Папа вкалывал на двух работах, и его никогда не было дома. Мои братья были старше и постоянно попадали в неприятности, а обе сестры – младше и слишком инфантильны. Я, ну, я была где-то посредине, ребенок, который не привлекал слишком много внимания. По утрам я часто уходила в школу, не позавтракав. Я днями не принимала ванну, и мне приходилось дважды носить одну и ту же одежду, прежде чем ее постирают. Мама не была ужасной матерью, просто у нее не было для меня времени. У папы определенно не было времени ни на кого из нас, ему едва хватало времени на себя. Вся мамина энергия уходила в основном на младших, а старшие братья заботились больше о себе или девушках. Так что мне приходилось заботиться о себе самой. Я не жаловалась. Вообще-то, я едва разговаривала. Я была в восьмом классе, что значило, что я наконец-то получила место в задней части автобуса. Мне нравилось это не по тем же причинам, что и другим студентам. Им задние места нравились потому, что там они втихаря могли делать то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Выставив второй и третий, я закончила: – Я действительно чувствую, что почти все рады моему возвращению, и ты одна из причин по которым я уехала, – черт, я что, сказала это вслух?

Он выглядел так, будто я ударила его по лицу. От моих слов он поморщился, и я немедленно захотела забрать их назад. Я не хотела, чтобы это прозвучало так, якобы он мне не нравился, или что из-за него я уехала, или все в этом духе. Но как я могла объяснить ему, что имела в виду, не назвав настоящую причину? Не думаю, что могу, и я также не думала, что это подходящее время и место.

– Прости, – пробормотал он.

– Нет, Зендер, это ты меня прости.

– Слушай, – перебил он. – Я не должен был идти за тобой и говорить то, что сказал. Я женюсь через две недели, а тебя не было десять лет. Думаю, твое неожиданное появление выбило меня из колеи, особенно если учесть, что я считал, что ты... умерла, – он передернулся, когда говорил это.

Я снова почувствовала, как на глаза набегают слезы. Я не могла ничего ему сказать. Я не могла унять его ненависть к самому себе или его вопросы. Я не могла ничего объяснить. Даже если я хотела сделать это прямо сейчас, я не могу. Мое тело не шевелилось, я сходила с ума, рот как будто склеили клеем. Я не знала, что со мной не так, и я не знала, как это исправить.

Он повел носом, прежде чем глубоко вздохнуть. Не из-за эмоций, просто по привычке. Он посмотрел на меня, и я не увидела никаких признаков счастья или игривости, которые видела у человека, выросшего на моих глазах. Он не тот Зендер Филдс, которого я знала, не тот Зендер Филдс, которого я создала. Я не могла унять чувство вины, бушующее в моей голове, и продолжала мысленно орать на себя, спрашивая себя, какого черта я не сказала ему все давным-давно. Даже пять лет назад, когда реальность давила на меня как тонна кирпичей. Я должна была сказать ему, но не сделала этого, и сейчас это испортит все прежде, чем я получу шанс все исправить.

Я сама себя запутала!

Мне нужно отключить свой гиперактивный мозг, пойти домой и выспаться. Завтра будет новый день, и позже я все исправлю. Позже, когда Зендер придет к Клэю и Фэйт и увидит Джастина. Он поймет. Я знаю, он поймет. Как можно не узнать собственного ребенка, глядя прямо на него?

– Лекси? – его глаза смотрели прямо в мои, возвращая меня к реальности. Я все еще не могла говорить, но понимала, что происходит вокруг меня. Я несколько раз моргнула и откинула голову назад, всматриваясь в его смягчившиеся черты.

– На секунду я тебя потерял. Пошли, наверное, нам лучше вернуться.

Я кивнула и встала следом за ним. Он помог мне спуститься со своего гигантского грузовика, после чего выпрыгнул сам. Мы шли рядом друг с другом, но все же нас разделяло несколько дюймов, и мы шли молча.

Найдя Фэйт, я пошла прямиком к ней. Она, надув губы, посмотрела на меня.