У меня была моя любимая Ив, а он пережил настоящую трагедию и пропустил первые десять лет жизни своей дочери. Я очень счастливый человек, дорогая. А через два дня стану еще счастливее. Я этого не заслужил.
– Вот теперь, милорд Фарензе, позвольте мне с вами не согласиться, – тихо произнесла Хлоя, встав на диване на колени так, что смотрела ему в глаза сверху вниз. – Вы, милорд, заслуживаете жены, которая будет обожать вас, желать вас и жить с вами в восхитительной гармонии до конца своих дней. И это хорошо, потому что это именно то, что вы получите, когда я наконец предстану перед алтарем.
– Тогда, клянусь богом, я и вправду счастливейший человек, – отозвался Люк, и в его прекрасных серых глазах появилось что-то подозрительно похожее на влагу.
Хлоя больше не могла заставить себя подшучивать над ним, потому что и к ее глазам подступили слезы, хотя время для слез определенно нельзя было назвать подходящим.
– Значит, Виржиния позаботилась о том, чтобы твоя история имела счастливый конец, несмотря на все твои старания остаться несчастным, старина Люциус, – пропел лорд Мантень, как будто все последние месяцы перед ним разыгрывалась какая-то пьеса, поставленная его почившей крестной матерью, чтобы развлечь его и не дать слишком сильно тосковать о ней.
– На твоем месте я не стал бы иронизировать. Судя по тому, что нам известно, ты можешь оказаться ее следующей жертвой, – невозмутимо ответил Люк.
– Или я, – хмуро добавил Джеймс.
– Слава богу, это определенно буду не я, – вставил капитан Реверю, улыбнувшись младшей из двух подружек невесты.
Верити доверчиво улыбнулась ему в ответ, и Хлоя сказала себе, что должна радоваться.
– Как бы мне хотелось, чтобы Виржиния видела нашу свадьбу, Люк, – прошептала Хлоя, когда они подняли очередной бокал за здоровье друг друга и она почувствовала на губах его жаркий поцелуй. – Она была бы счастлива.
– Да, конечно.
– Виржиния знала, что мы не сможем долго оставаться просто хозяином и экономкой, если ей удастся удержать нас под одной крышей дольше чем на одну ночь, – тихо сказала ему Хлоя. Теперь она не сомневалась в том, что так долго замышляла ее покойная покровительница.
– Мне гораздо больше нравится быть вашим мужем, чем вашим хозяином, миледи, – лукаво шепнул ей на ухо Люк.
– А мне – быть вашей женой, чем служанкой, милорд.
Люк со стоном шепнул ей что-то пикантное, отчего на щеках новой виконтессы вспыхнул румянец, и она стала подумывать о том, что им пора покинуть общество невинных девиц, иначе пылающий между ними огонь испепелит их окончательно.
Глава 20
– Я люблю тебя, Люк. Так люблю, – сказала Хлоя дрожащим голосом, когда пелена наслаждения от того, что она стала его женой во всех смыслах этого слова, рассеялась настолько, чтобы она снова смогла заговорить.
– Вот и хорошо.






