ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Трепещут и дрожат племена, населяющие Америку, – с гор за добычей спустились племена людоедов-майя. Никогда ещё города-государства не посылали за добычей столько воинов! Словно безжалостная саранча... Экспансия Александр Михайлович Авраменко Серия «Наши там» выпускается с 2010 года © Авраменко А., Гетто В., 2017 © Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2017 © «Центрполиграф», 2017 Оформление художника Павла Ильина – Да быстрее же! По улицам горящего города бежали люди, собравшиеся в Арконе со всех окрестностей. Те, кто успел, бросив всё нажитое, добраться до каменных стен, защищающих город. Кто замешкался – был люто убит. Удар меча являлся высшей милостью со стороны воинов Триединого. Зачастую умирать приходилось страшно и мучительно – гореть заживо, корчиться от залитого в желудок через большой рог крутого кипятка, а то и бежать вокруг столба, наматывая на него собственные внутренности из распоротого живота… Горожане и беженцы уже не ждали ничего, кроме смерти. Некоторые договаривались друг с другом помочь уйти на небо. Иные – шли на стены, чтобы хотя бы в смертный час дотянуться до врага, вцепиться зубами ему в горло. Мужчины, подростки, старики – все, кто мог держать в руках меч или копьё, натянуть лук. Но оставались ещё женщины и дети. Тысячи и тысячи тех, кто попадёт в руки озверевшим убийцам, своими муками будет тешить их нечеловеческую злобу и лютость… И вдруг случилось чудо: под покровом глухой ночи в гавань Арконы вошли корабли. Невиданные, громадные, каких никогда не видели ни на Руяне, ни в прочих славянских землях. О двух великанских корпусах под треугольными парусами, с могучими воинами на палубах. Поначалу защитники града подумали, что это новые захватчики, и уже приготовились к отпору, понимая, что это конец, но знак Громовника на парусе, который различили самые зоркие, заставил расчёты камнемётных машин повременить, тем более что корабли ста

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Во-вторых, как-никак – собственность их товарища. Зачем чужое брать? Так что пользовалась пленница относительной свободой, по сравнению с прочими взятыми в рабство желтокожими, и задумай девушка сбежать, сделала бы это без труда. Но она оставалась в лагере, и, похоже, добровольно. А у фон Гейера как-то уже начинало входить в привычку слышать её звонкий голосок, когда она садилась за стол:

– Иттадакимас!

[84]

Дни шли за днями, и славы с нетерпением ожидали, когда громадные транспортники, построенные по образцу озёрных барж империи, вернутся с подкреплением и начнётся наконец продолжение похода. Да и уехавшие послы не возвращались, а что они донесли своим вождям, неизвестно. Прошло полтора месяца, и неожиданно вернулся разъезд, привёзший невысокого коренастого ниппонца, находящегося в сильном возбуждении. Тот размахивал руками, показывал в сторону гор, непрерывно что-то говоря на своём языке, и в отчаянии хватался за бритые виски, когда видел, что его не понимают. Наконец у карлика хватило ума показать на воинов, обступивших его, на лошадей, и тогда славы сообразили – дождались. Правда, не своих. На них надвигалась армия владыки Ниппонии, в спешке собранная тем со всех краёв своей земли. Высланные срочно разведчики, вернувшись, доложили, что ниппонец не солгал – действительно в дне пути движется огромная масса людей, всадников и повозок.

Доброжелателя накормили, отвели к остальным, которые находились среди славов. Впрочем, лагеря рабов больше не было. Всех давно отпустили по домам, и те вернулись в город. Зато каждое утро из Эдо являлась толпа желающих заработать, поскольку славы платили не просто щедро, а по-царски по нынешним временам – едой. Причём ни разу не было ни попыток саботажа, ни случаев вредительства. И вот – первая ласточка, когда сами ниппонцы предупредили своих завоевателей о том, что на них надвигается враг. Воины их государства.

В шатре князя шло совещание. Все были озабочены не на шутку. И вовсе не тем, что на славов идёт целая туча народа. Вовсе нет. Люди пытались понять, почему желтокожий предупредил своих врагов? Так и не придя ни к какому выводу, разошлись. Ведь все вопросы обороны были решены ещё при высадке. С моря прикрывали четыре боевых двулодника. Со стороны суши – укреплённый лагерь, обнесённый валом, частоколом и рвом. Осадой брать укрепление было бесполезно – запасы пищи в лагере имелись на год ведения боевых действий. С водой тоже проблем не имелось: были прокопаны тайные подводные ходы, по которым вода из реки попадала в лагерные колодцы. Так что у желтокожих было два выхода – штурм или битва. Правда, их количество смущало: по всем прикидкам на пятьдесят тысяч славов надвигалось не менее ста тридцати – ста пятидесяти тысяч воинов противника.