Я буду все время крепко держать тебя за руку.
— Не могу.
— Можешь. Просто смотри на меня и только на меня, поняла?
Я почувствовала, как горячая, сухая ладонь сжимает пальцы:
— Мы будем двигаться медленнее остальных, — обратилась Бат к Бусу. — Поднимайтесь сами, но не слишком резво, и обязательно соблюдайте дистанцию. Пролетов за шесть до крыши идите особенно осторожно, там балки начинали гнить. Ждите на крыше.
— Думаю, здесь от меня больше толку, и я мог бы…
Охотница резко, даже грубо оборвала его:
— Нет, помощник капитана. Вы не сможете помочь. Я боялась высоты несколько лет, после того, как однажды сорвалась с крыши здания. Пока Табат не переборет панику, она не сумеет двинуться с места.
Оставить нас одних было бы правильным действием с точки зрения логики, но просить его об этом оказалось выше моих сил.
— Я останусь, Бат, — решительно сказал Бус.
— Ох уж эти слюни, — процедила охотница, но голос ее не звучал ни зло, ни раздраженно. Она мягко потянула меня за руку. Я выпрямилась, по-прежнему вжимаясь в стену, и встретилась взглядом с ее темными зрачками:
— Доверься мне, — произнесла Бат уверенно, — знаю, что ты чувствуешь, и догадываюсь почему. Но это не твой страх, а всего лишь отражение моего. Табат никогда не падала с крыши. А значит, нет причины бояться. Отражения — не личные воспоминания, а чужой эмоциональный выплеск. Повторяй: мне не страшно, потому что в реальном мире со мной ничего не случалось. Ничего не было, Таб, просто дурные сны. Иди за мной. Шаг за шагом. Я буду все время крепко держать тебя за руку. Вместе, мы сумеем. Давай!
Невыносимо трудно. Руки дрожали, ноги тряслись. Наверное, единственное, что толкало меня вперед в те минуты, не позволяя сдаться, это вера в слова Бат. Поэтому, я перебарывала ужас, глубоко гнездящийся внутри. Поэтому, прилагала титанические усилия, чтобы преодолеть сопротивление непослушного тела и подавить панику. Быть может, ежесекундное напряжение притупило чувства, а помощь Бат и молчаливая поддержка идущего позади Буса, сыграли свою роль, но я сумела взять страх под контроль. Теперь не он управлял мной, а я им.
И когда до крыши осталась пара пролетов, а я продолжала идти, несмотря на ветер, бьющий потоками холодного воздуха в лицо, нещадно скрежетавшие ржавые пластины, шатающиеся под ногами, то поняла — мы победили.
— Слышишь сильный шум!? — Закричала Бат, — это не ветер. Челнок прилетел! Мы вовремя! — Она захохотала, опасно раскачиваясь на ступенях, но я чувствовала, что ее хватка не ослабла и уверенность, которую охотница внушила мне, никуда не исчезла. Как будто она поделилась со мной силой духа или открыла секрет преодоления страха, передав его через прикосновение, нашу личную эмоциональную связь.
— Ну, вот и все. Молодец, — ее кривая усмешка скрывала дрожь губ.






