Ингирит? — Полувопросительно сказал Велимир, делая шаг вперед.
Морок склонила голову набок и растянула губы в улыбке:
— Выполнили ли вы обещание, капитан?
Он кивнул и задал встречный вопрос:
— Значит ли это, что наша сделка считается завершенной, как только мы рассчитаемся?
— Совершенно верно, — Ингирит облизнула губы, — приступим?
Я чувствовала исходящие от нее волны нетерпения и, как ни странно, растерянность Алисы. Неужели морок не поставила главную помощницу в известность относительно собственных планов?
— Кира! — Громко позвал Велимир. Я увидела, как из-за челнока медленно выходят люди. Один из них держал у шеи второго разрушитель. Женщине под прицелом было где-то около сорока с небольшим, и выглядела она как слегка потускневшая очеловеченная копия Алисы. Темные волосы, лицо в шрамах. Горящие, как угли, глаза. Агата.
Ощущение ярости и боли пришло настолько внезапно, что я на доли секунды растерялась, пытаясь определить источник чужих эмоций. Увидела Бат, схватившуюся за оружие, сбитую с толка, злую, немного напуганную. А затем Алису, сжавшуюся внутренне, словно пружина. Опасную, безжалостную, сверхбыструю. Ее глаза были широко распахнуты, и выражение в них заставило меня поежиться. Не огонь — лед застыл в ее взгляде. Она, не задумываясь, разорвала бы Киру голыми руками, если бы не ментальный приказ Ингирит. Морок своей волей удерживала Алису на месте.
Игра становилась слишком опасной. В любой момент могли появиться новые жертвы экспериментов Ингирит. А что это так, я больше не сомневалась.
— Что это значит? — Холодно, сдерживая кипевшую внутри ярость, которую могла почувствовать только я, спросила Бат.
— Обмен, — нарочито вежливо сообщила ей морок.
— Табат!
Мы с охотницей одновременно повернулись на крик Агаты. Кира не мешала ей говорить, но продолжала использовать жесткий захват, так что голос звучал хрипло:
— Они предали меня. Людишки с корабля, эта сука перекупила их. Ты же знаешь, что делать, верно?
— Даже не думай, — холодно предупредила Кира, — может ты и быстрая, но мой палец не обгонишь. Дернешься в нашу сторону, я разнесу ей голову.
Бат улыбнулась в ответ так же холодно и демонстративно отошла к нам. В ее движениях не чувствовалось никакой угрозы до тех пор, пока она не приблизилась ко мне. А потом, я почувствовала, как в бок упирается разрушитель, а на талию ложится рука:
— Не-не, — покачала охотница пальцем, в ответ на неосознанное движение Буса, — успокоимся все. Тут такой простой, шкурный вопрос. Я знаю, зачем Таб нужна капитану. Предполагаю, для чего морокам. Но, теперь мы на равных, не так ли? У каждой стороны есть предмет торга. Так почему бы не поговорить? И, помощник капитана, отойдите к своей команде, будьте любезны. Вы отличный малый, не хотелось бы лишних жертв, а кровь у вас горячая.






