ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Юная Сефия, скрываясь от зловещих Ликвидаторов, прячется в лесах. Ее мать умерла, отец зверски убит, тетя похищена. Девушка не решается приближаться к людям – слишком горьки воспоминания, слишком т... Чтец Трейси Чи Traci Chee THE READER Печатается с разрешения автора и литературных агентств Baror International, Inc. и Nova Littera SIA. © Traci Chee, 2016 © Перевод. В. Миловидов, 2017 © Издание на русском языке AST Publishers, 2017 * * * Со стороны огня. Сырости. Времени. И воров. Что до остального, то в своем дорожном наряде из медвежьей шкуры она выглядела совершенно непримечательной: некая бурая сухая неопрятная гора, готовая на глазах расползтись во влажной атмосфере дождевых лесов. Когда красные мундиры приблизились к ним, Нин напряглась и, перебросив шкуры с одной руки на другую, проговорила: – Взгляд в землю. Сефия глянула через плечо, заметив сверкнувшие на солдатских мундирах пуговицы. – Так они ведь на нас и не смотрят. – И не станут, если не высовываться, – отозвалась Нин. Быстро оценив обстановку краешком глаза, она продолжала: – Шестьдесят лет, и меня ни разу не поймали. Знаешь, почему? – Потому что ты осторожна, – вздохнула Сефия. – Потому что я осторожна. Когда красные мундиры, позванивая сбруей и распространяя запах лошадей и сена, проехали, Нин облегченно вздохнула. Глядя им в спину, она сказала: – Не забудь. Есть большее зло, чем красные мундиры. Сефия зябко пожала плечами и стала теребить ремень своей маленькой сумки. Ей не хватало ее большого мешка; она привыкла носить за спиной все, что было ее собственностью: все инструменты для охоты, стряпни и обустройства кочевой жизни, а в самом низу – единственная вещь, которая осталась ей от родителей – тяжелое, странной формы напоминание о том, что они когда-то существовали, а теперь их нет. Но их большие мешки были надежно спрятаны в джунглях, меж корней смоковницы, в миле от дороги. – Поторопись, девочка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В темноте его лицо казалось обрамленным голубым светом – как грозовое облако, подсвеченное молниями.

– Все пусто внутри, – ответила она.

Стрелец понимающе кивнул.

– Это второй человек, которого я убила.

С минуту Стрелец молчал, потом поднес руку к горлу.

– Я убил двадцать два, – сказал он.

Сефия хотела что-то сказать, но какими словами можно было бы описать то, через что они прошли, и всё, что они на том пути совершили? Как уложить в мертвые слова все ответы, которые они получили, и все вопросы, которые так и остались неразрешенными?

Сделать это было невозможно.

Подняв руку, Сефия прикоснулась ко лбу и вытянула в темноту два скрещенных пальца.

Это вопрос.

Стрелец коснулся ее руки, провел пальцами по мягким лезвиям ее пальцев и сжал ее ладонь в своей.

– Да, – сказал он.

Он был с ней.

Они были вместе.

Во всем, что имеет значение.

Потом он прижался губами к ее голове, прямо над виском. Сефия напряглась, вспомнив то чувство, которое пережила, когда Стрелец обнял ее, прижавшись обнаженной грудью, в которой отчаянно билось его сердце. Но потом она закрыла глаза и прильнула к нему, желая, чтобы губы Стрельца как можно дольше касались ее кожи.

Поцелуй не был жестким или страстным, он не был даже сладким – каким она представляла свой первый поцелуй. Но он был нежным и сильным, как будто губы Стрельца хотели передать Сефии все, что он чувствовал и что не мог выразить словами.

Поцелуй Стрельца раскрыл ее, как цветок раскрывается под утренним солнцем. Она уже не была пуста. Чувства пробудились в ней, и она ощутила, как они омывают ее израненную душу, унося печаль и сожаление, боль и недоумение, и многое другое, чему она не могла подобрать имя. Слезы брызнули из ее глаз.

Мягким движением Стрелец отстранился. Он отер ее руки, щеку, кончиком пальца собрал ее слезы.

– Куда мы теперь? – спросил он.

Книга лежала на скамье, тускло поблескивая золотыми застежками. Сефия взглянула на нее. Книга подскажет им, куда плыть и что делать. Они откроют ее, пролистают и найдут все ответы на все свои вопросы. Всё есть в Книге, и нет ничего вне Книги.

Но Сефия не стала ее открывать. Вместо этого она еще крепче сжала ладонь Стрельца и посмотрела на голубеющий вдали горизонт.

– Куда угодно, но только подальше отсюда, – ответила она.