Когда это произошло, Изместьев был старше ее и был курсантом военного училища, находившегося недалеко от ее института. Я поделился этой информацией с Аналитиком и предположил, что много лет назад Изместьев изнасиловал Анну.
Через Главное управление кадров Министерства обороны, где нашелся человек с понятием, Аналитик, получив копию личного дела Изместьева, проследил весь его путь от курсанта до подполковника. Он выяснил, что будучи в Чечне, офицер Изместьев отличался садистскими наклонностями и военная прокуратура подозревала его (хотя и не смогла доказать) в издевательствах над мирными жителями и даже в убийствах нескольких чеченцев, в том числе двух девушек. Кадровик по просьбе Аналитика (думаю, подкрепленной солидным денежным вознаграждением) пообщался со своими друзьями из военно-следственного управления и сообщил, что все доказательства вины Изместьева в его уголовном деле имеются, но после скандала с полковником Будановым предавать огласке дело Изместьева, направив его в суд, было политически нецелесообразно. Поэтому по команде сверху дело Изместьева было приостановлено. Однако родственники убитых Изместьевым чеченцев продолжали бомбардировать правоохранителей жалобами. Так что была велика вероятность возобновления дела Изместьева и привлечения его к уголовной ответственности за военные преступления. Тем более, что глава Чечни пользуется большой поддержкой Президента, а дело полковника Буданова давно общественностью забыто.
Изместьева нашли быстро и сделали ему предложение, от которого невозможно отказаться. Причем, в случае успеха, ему обещали очень много денег. Однако судьба его была решена заранее. Под занавес наших с ним приключений я должен был от него избавиться.
Могу похвастаться: стишки для привезенных на заклание сочинял я лично. Точно так же, как и разрабатывал детальный план убийств. Я действительно, наверное, маньяк, потому что этот творческий процесс захватил меня всего целиком.
А теперь я расскажу тебе, что происходило на острове.
Но, прежде, чем поведать об этом, не могу не остановиться на той титанической интеллектуальной, психологической и физической работе, которую пришлось проделать по приказу Аналитика мне и Изместьеву, чтобы детально изучить личности наших жертв, а также чуть ли не наизусть вызубрить план устранения каждой из них и почти до автоматизма отработать сами приемы устранения.
Мы готовились две недели. За это время я научился, словно спецназовец, лазить по веревке с первого этажа тренировочного дома в Подмосковье на второй и наоборот, владеть ножом, стрелять из пистолета, рассчитывать дозу яда и адреналина и незаметно подливать их в стаканы условных жертв. Меня также научили основам рукопашного боя и методам борьбы в воде.






