— Зачем вы представили меня Джону Кэмпбеллу? — спросил он.
— Мне подумалось, что вы захотите сказать ему несколько утешительных слов.
Кент промолчал.
Я заметил, что холодильник подключен к удлинителю, подошел к нему и обнаружил, что внутри полно банок пива и прохладительных напитков. Я взял три банки пива и, вернувшись к Кенту, протянул ему одну.
Мы открыли банки и стали пить пиво.
— Теперь вы уже не занимаетесь формально этим делом? — спросил он, сделав глоток.
— Мне дали еще несколько часов.
— Вам повезло. У вас в СКР платят за сверхурочные?
— Конечно. В двойном размере за каждые переработанные сутки и в тройном — за выходные дни.
— Но меня тоже ждет работа, — улыбнулся он мне.
— Я вас долго не задержу, — улыбнулся я в ответ.
Он пожал плечами и допил пиво. Я дал ему еще одну банку, он откупорил ее и сказал:
— Я не думал, что Кэмпбеллы улетят этим же самолетом.
— Меня это тоже удивило, — согласился я. — Но это был умный ход.
— Да, с ним все кончено. А ведь вполне мог бы стать вице-президентом, даже президентом. Страна созрела для еще одного президента из генералов.
— Я не очень-то разбираюсь в политике, — проговорил я, краем глаза наблюдая за Грейс. Она выложила распечатки и гибкий диск на столик рядом с компьютером, встала, помахала мне рукой и пошла к двери. Кэл подошел к компьютеру, вставил в него свою дискетку с программой графиков отпечатков ног и начал колдовать с машиной.
— Чем это они занимаются? — поинтересовался Кент.
— Пытаются выяснить, кто преступник.
— А где агенты ФБР?
— Скорее всего, ждут возле двери, пока у меня не кончится мое время.
— Я не люблю работать с ФБР, — заметил Кент. — Они нас не понимают.
— Это точно. Но зато никто из них не спал с убитой.
Дверь открылась, и вошла Синтия. Она подошла к нам и обменялась приветствием с Кентом. Я достал для нее банку кока-колы из холодильника, а для Кента — банку пива. Мы сели. Кент начал нервничать.
— Как все это печально, — начала Синтия. — Она была совсем еще молодая… Мне так жаль ее родителей и брата.
Кент не проронил ни слова.
— Билл, — обратился я к нему, — нам с Синтией хотелось бы уточнить кое-какие беспокоящие нас детали.
Кент отхлебнул еще пива из банки.
— Во-первых, вот это письмо, — Синтия достала из сумочки письмо и протянула его Кенту.
Он пробежал его, фактически не читая, поскольку, скорее всего, выучил наизусть, и вернул Синтии.
— Я понимаю, насколько вам это было неприятно, — вздохнула Синтия. — Трудно вынести такой предательский удар от любимого человека.
Кент заерзал в кресле и глотнул еще пива.
— Почему вы думаете, что я ее любил? — спросил он наконец.
— Так мне подсказывает моя женская интуиция, — ответила Синтия.






