Вчера он заявился ко мне, когда у меня был Тед Боуэс. Мы не успели с Тедом спуститься в подвал, и они с Биллом стали выпивать в гостиной, потом Билл затеял ссору, и Тед ушел, а мы с Биллом стали выяснять отношения. Он заявил, что готов развестись с женой и подать в отставку, если только я пообещаю жить с ним или выйти за него замуж. Ему прекрасно известно, почему я веду себя таким образом с ним и с другими мужчинами, но он вбил себе в голову, что нас связывает нечто большее. Он начал давить на меня, и я сказала, чтобы он прекратил, но он не мог остановиться, все говорил и говорил. Сегодня ему было, похоже, не до секса. Он хотел выговориться, я дала ему такую возможность, но мне не нравилось, что он нес. Почему это некоторые мужчины думают, что должны казаться рыцарями в сверкающих доспехах? Мне не нужны никакие рыцари, я сама себе и рыцарь, и дракон, и живу в своем собственном замке. Все остальные для меня лишь пешки и шестерки. Но Билл не отличается сообразительностью, он просто этого не понимает, а я и не пытаюсь объяснить. Я сказала, что обдумаю его предложение, а пока попросила его приходить ко мне только по приглашению. Это привело его в ярость, он влепил мне пощечину, сорвал с меня одежду и изнасиловал прямо на полу в гостиной. Потом слегка успокоился и ушел, все-таки довольно злой на меня. Я поняла, что он может быть опасен, но мне на это наплевать, и нужно признаться, что из всех них он один, если не считать Уэса, он один мне угрожает и даже иногда бьет меня, и только поэтому мне еще интересен…»
Синтия положила листки на столик, и я спросил у Кента:
— Так значит, вы изнасиловали ее прямо на полу в гостиной? — и кивнул в сторону воссозданной экспертами комнаты.
Кент не пожелал отвечать на вопросы, вместо этого он проговорил:
— Если вы хотите унизить меня, то у вас это неплохо получается.
— Я хочу найти убийцу Энн Кэмпбелл, полковник, — заявил я, — и выяснить, почему он ее убил. Это тоже немаловажно.
— Вы что же, думаете, что я… что я что-то скрываю от вас?
— Да, именно так мы и думаем, — подтвердил я и включил видеозапись одной из лекций Энн Кэмпбелл. Ее лицо появилось на экране телевизора, и я сказал Кенту:
— Надеюсь, вы не возражаете? Эта женщина пленила мое воображение, как пленила она вас и многих других. Мне хочется время от времени снова видеть ее, это мне помогает.
Тем временем заговорила с экрана капитан Энн Кэмпбелл: «В связи с использованием психологии в боевых действиях, возникает определенная нравственная проблема, поскольку обычно психология является одной из медицинских наук и служит исцелению человека».
Энн Кэмпбелл взяла с кафедры микрофон и приблизилась к камере. Она села на пол, свесив ноги со сцены, и сказала: «Вот теперь я лучше вижу вас, парни».






