Там еще заделать не успели, хотя строительные работы уже идут: горка песка у стены, кирпичи, лишь трудолюбивых строителей не видно. Только здоровенный черный внедорожник с наглухо тонированными стеклами.
Ну, я не самосвал, с джипом в арке как-нибудь да разминёмся. И двинул туда.
…Никогда…
Из салона внедорожника послышалась трель мобильника. Через открытое окно я услышал мужской голос с сильным кавказским акцентом, прозвучало что-то односложное, вроде «да, понял», и сразу взревел турбированный движок тачки.
…Никогда…
Джип чересчур резко прыгнул из арки, скрипнули колеса, когда машина развернулась носом к выезду, а задом к подъезду.
Я отшатнулся машинально, хотя до тачки еще метров пять. Не успел и рта открыть, как из водительского окна высунулась черноволосая лохматая башка.
— Пошел на хер отсюда! Быстро!
Вообще-то, после такого хорошо бы этого «дружелюбного» парня к стоматологу отправить — новые зубы примерить. Но спорт тем и хорош, что здорово дисциплинирует. Ты и так знаешь, на что способен, и кого сможешь на клумбу уложить, цветочки нюхать. Только после подобной воспитательной «беседы» с ментами проблем не оберешься. Так что иди оно все лесом, я не гордый.
Сжав зубы, я продолжил путь к арке. Обошел песчаную горку, приготовился переступить кирпичи…
…Никогда…
— Я папе расскажу! Он вас…
И оглушительный «щёлк» пощечины! После чего взвился тонкий девичий крик, который так же быстро оборвался, сменившись чем-то неразборчивым.
Есть ситуации, в которых не колеблешься. Никогда. Потому что поступить иначе не можешь, иначе ты просто уже не человек, а тварь тупая. И это был тот самый миг.
Я развернулся, мозг привычно заработал в ускоренном темпе, как сотни часов до этого работал на ринге. Время замедлилось, все стало фрагментарным.
Черный джип газует. Водитель отвернулся куда-то назад, поза напряженная, словно сейчас решается его судьба. Со стороны пассажиров распахнуты обе двери.
— Помогите…
И вновь ломкий крик обрывается шлепком пощечины.
У меня сердце захлебывается, а горячая кровь бросается в голову.
Вижу, как от закрывающейся двери подъезда бегут трое мужиков. Все крупные, или частые гости в качалке, или профессиональные борцы. Несутся, как лоси, в глазах тьма и ненависть, аж холодом веет. Один впереди, третий сзади, прикрывает второго, который волоком тащит перепуганную девочку лет семи.
Девчонка, что птаха в когтях кота, трепыхается, косички из стороны в сторону, ногами болтает, аж одна туфелька слетела, но вырваться не может.
Мгновение, и троица уже затаскивает добычу в чрево автомобиля. Через открытое окно тачки видно, как один из похитителей пытается утихомирить девочку, но та отважно сопротивляется. Тогда он бьет ребенка по лицу повторно, так, что на губках девочки появляется кровь.






