ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Этту и Николаса вновь разделяет время и пространство. Девушке нужно закончить начатое, узнать правду о своих родителях и сделать выбор, способный бесповоротно изменить будущее. Тем временем Николас... Странник Александра Бракен © Alexandra Bracken, 2017 © П. Волцит, перевод на русский язык © ООО «Издательство АСТ», 2018 * * * Осколки стекла и листы бумаги похрустывали у него под ногами, а он все кружил вокруг мамы… Того, что от нее… Нет. Дедушка скоро вернется со своего собрания. Он обещал уложить ее спать, а его слово – гранит. Он все исправит. Это… это просто ночной кошмар. Просто в ее глупую детскую головку понабилось много глупых фантазий о тенях, приходящих за детьми-путешественниками. Скоро все закончится, и она проснется. – Гнусные чудовища – вот вы кто! – папа попытался голыми руками вытащить меч из плеча, оставляя на клинке кровавый след. Человек, нависший над ним, облокотился на изысканный эфес, вгоняя меч поглубже. Папа забился, молотя ногами воздух. Мама не пошевелилась. Острое, жгучее желание кричать разрывало Рози горло. Отвратительно пахнущий ручей крови, напитав ковер, подбирался к светлым маминым волосам. Отец предпринял новую попытку отбиться, схватив одной рукой каменное пресс-папье, упавшее со стола в начале борьбы. С диким криком, вырвавшимся из легких, он метнул камень в закрытое маской лицо чужака. Тот играючи поймал его и в свою очередь выхватил еще один меч с тонким клинком у другого человека в маске, стоявшего на страже у двери. Недовольно буркнув, незнакомец вонзил клинок в папину руку, обездвижив и ее. Папа коротко вскрикнул от боли, но вскоре его стоны перекрыл смех, раздавшийся из-под маски. «Смотри, – думала Роуз, подтягивая исцарапанные коленки к подбородку, – расскажешь дедушке, что здесь произошло. Молчи, не шевелись. Мужайся». – Ты… скажи Айронвуду: он так и умрет с тем, что никогда… никогда ее не получит… Айронвуд. Снова Айронвуд. Э

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вы обе, твоя мама в чуть меньшей степени, многие годы появлялись и исчезали безо всякой системы. Порой бывало, мы сидим за одним столом, и я поднимаюсь налить воды, а вернувшись, обнаруживаю, что вы обе исчезли. Я не могу сказать, что случилось с временной шкалой, знаю только то, что ничего хорошего. Твой прадедушка однажды пытался объяснить мне понятие «запечатления»: как временная шкала подлаживается к действиям путешественников, а если это невозможно, оставляет их оттиски, чтобы сохранить свою целостность. Жаль, что я тогда слушала невнимательно. Смещаются самые большие шестерни времени, а я могу быть лишь бессильным зрителем.

Я помню твое появление в Лондоне, словно это случилось вчера. Помню выражение твоего лица, когда ты меня увидела, когда рассказывала, какой будет наша совместная жизнь. И верю: я прожила ее частично. Не целиком, наверное, но я благодарна судьбе за возможность быть твоей наставницей и подругой. Я рада, что увидела, как ты на моих глазах вырастаешь молодой леди. Но теперь я боюсь за тебя. Я видела и продолжаю видеть, как мир вокруг смещается ужасными волнами: разрушается одно мгновение, возрождается другое. Уверена: это как-то связано с вашими поисками, и знаю, что мой конец – тот, что я так явно увидела на твоем лице, – уже близок. Поэтому я предприняла ряд мер предосторожности на случай, если ты вернешься в незнакомый город. Документов должно хватить, чтобы заново начать жизнь здесь, если ты выберешь такой вариант.

«Если ты выберешь…». Поразительные слова – кажется, вашими с Роуз путешествиями всегда управляла какая-то неизбежность. Те из нас, кто остается, возможно, способны видеть это четче: как все в конечном итоге сплетается и соединяется. Во всем есть свой сценарий, разомкнутые петли которого в итоге должны сомкнуться. Выбор состоит в том, открывать ли новые или нет, как я подозреваю.

Утеночек, ты – гордость всей моей жизни. Я бы очень хотела еще раз послушать твою игру и надеюсь, что ты скоро вновь вернешься ко мне, если не здесь, то в прошлом. Я купила билеты на сентябрьский концерт в Метрополитене, на Баховский вечер; единственный вопрос: успеет ли эта чертова временная шкала снова выпрямиться и снова переплести твои дни с моими, чтобы мы могли пойти вместе.

О господи! Конечно, временная шкала будет восстанавливать тот момент всеми силами – очевидно, не ради ее участия в концерте, но какова вероятность, что и в этой версии они с Элис пошли туда, и она услышала звук прохода, наткнулась на Софию и пошла за нею…? Очень большая, надо полагать.