ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В этом романе Юй Хуа (р. 1960), один из самых ярких современных китайских прозаиков, через историю взаимоотношений двух сводных братьев, живущих в небольшом городке Лючжень под Шанхаем, показывает... Братья Юй Хуа ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1 Взбрела в голову нашему миллиардеру Бритому Ли странная причуда: решил он потратиться на грабительскую сумму в двадцать лимонов долларов, чтоб слетать разок на российском корабле «Союз» поглядеть космос. Сидя на своем знаменитом на всю округу золоченом унитазе, он закрыл глаза и начал воображать, будто летит по космической орбите. Безлюдье кругом непостижимое, а Бритый Ли глядит с высоты, как вертится тихонько величественная Земля, и невольно защемило у него сердце да слезы на глазах выступили. Тогда только понял он, что остался на Земле этой один-одинешенек. Когда-то была у него надежа и опора — брат Сун Ган. Простодушный и упорный Сун Ган, старше его на год, выше на целую голову, три года назад умер. Превратился в горстку пепла, уместился весь в крохотной деревянной коробочке. Когда Бритый Ли вспоминал о той коробочке, то много и тяжко вздыхал и думал про себя, что, ежели сжечь маленькое деревце, пепла и то выйдет больше, чем от брата. Когда его мать была еще жива, любила твердить: «По отцу и сын». Говорилось это, конечно, о Сун Гане. Мать повторяла, что Сун Ган преданный и добрый — вылитый его отец, будто бы отец и сын — две тыквины с одной плети. А когда она говорила о своем втором сыне, то тут шли в ход не такие слова. Мать качала головой и говорила, что Бритый Ли и его отец ни капли непохожи. Так и шло, пока сыну не исполнилось четырнадцать лет и не схватили его на месте преступления, когда он украдкой подглядывал за женскими задницами в общественной уборной. Тогда мать вчистую переменила свое мнение. Тут она наконец узнала, что Ли и его отец на самом-то деле — тоже две тыквины с одной плети. Бритый Ли помнил, как его мать отвернул

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Как Сун Ган на целку-то твою смотрел? — спросил он.

— А он не смотрел. Стыдно ему было.

— Вот дебил, — заключил Ли. — А я вот буду, чего б задаром не посмотреть.

Сказав это, он навалился на ноги Линь Хун, чтоб посмотреть, но она обеими руками крепко зажала одно место, не давая ему ни шанса. Ли с силой отвел ее руки, но она перекатилась на бок и к тому моменту, когда он снова разложил ее как следует, успела опять зажать ладонями, что надо. После нескольких неудачных попыток Ли сказал:

— Твою мать, дай посмотреть, а!

— Ну ты же сам сказал мне держать руки, — отозвалась Линь Хун.

— Твою мать, — опять ругнулся Ли. — Держать-то держи, только не говори ни да, ни нет.

— Ну ладно, так и буду, — ответила Линь Хун.

Выдержав пару атак, она расслабила руки и, ойкнув, пару раз дрыгнула ногами, а потом в сердцах развела их. Ли остался очень доволен.

— Супер! Сыграно, что надо! — закричал он.

Через какое-то время под пристальным оком шахтерского фонаря она снова сделала вид, что смущена, и прикрылась. Ли радостно завизжал:

— Атас! Ужасно похоже!

Туг обижаться настал черед Линь Хун.

— Да ты разве на девственника похож? С этой штукой ты как старый кобель совсем. Мужчины тоже первый раз стесняются. Сун Ган вот стеснялся.

Бритый Ли решил, что она говорит дело. Он потушил свет, отвязал пояс и отшвырнул его вместе с каской на кровать.

— Теперь хоть глаз выколи. Теперь мы как девственник с девственницей, — сказал он.

Когда они обнялись в темноте и стали гладить друг друга, Ли пустил в ход свое орудие. Линь Хун закричала, взаправду закричала от боли. Услышав этот крик, Бритый Ли возбужденно задрожал всем телом. Такие звуки он извлекал из Линь Хун впервые. Спустя какое-то время она застонала от удовольствия и страдания. На теле у нее выступил пот. Из глубины боли потихоньку поднималось наслаждение. Ее тело никогда еще не чувствовало подобного волнения. Она пронзительно ощущала, как боль подталкивает вперед удовольствие, словно ракета врезается в рассекающий небо самолет. Потом ее захватила волна оргазма, она содрогнулась всем телом от нахлынувшего наслаждения и срывающимся голосом завопила:

— Как больно…

В этот миг Бритому Ли показалось, что он вернулся на двадцать лет назад. Даже видавший виды Ли никогда прежде не чувствовал подобного возбуждения. Их тела, придя в волнение, подливали масла в пылающий огонь друг друга. Линь Хун сжимала Бритого Ли, а тот крепко обнимал Линь Хун. Когда ее тело задрожало, его тело задрожало тоже. А когда она содрогнулась перед самым пиком наслаждения, Ли почувствовал, что он словно бы сжимает землю во время землетрясения. Тут его с ревом накрыла горячая волна оргазма.

Потом оба они распластались на кровати, как разбитые параличом. Их сердца бешено бились о ребра, словно во время неистового бега.