Все люди ощутили это, у них перехватило дыхание, словно в лицо плеснули ледяной водой. Один за другим были извлечены и высоко подняты мечи. Кочевники также подняли голоса, выкрикивая, — «Да здравствует Благословленный Пустыней Принц! Да здравствует Сын Мстителя!»
Крики продолжались долгое время. Шоббат стоял в центре кольца людей, впитывая шумные приветствия, как дерево впитывает ключевую воду. Эта дюжина Вейя-Лу были его первыми неофитами. Последуют другие, намного больше, и стены Кхури-Хана содрогнутся.
Эпилог
До конца лета прибыли эмиссары. Они пришли из Соламнии и Эргота, Санктиона и Шелси, а также многих других городов со всех концов земли. Солдаты среди делегаций практичным глазом отмечали возводимую поперек устья долины большую стену. Ее конструкция была типично эльфийской: грациозная и гладкая, с парящими контрфорсами и высокими башнями, чьи изящные формы противоречили их огромной прочности. Позади внешней стены начали вторую, а за той лежал фундамент третьей. Окружавшие Инас-Вакенти горы были богаты гранитом. Не требовалось особых усилий, чтобы сделать стены высокими и толстыми. Потребуется некоторое время, прежде чем оборонительные сооружения будут закончены, но, когда это произойдет, никакая армия не смеет надеяться преодолеть проход.
Посетителей сопровождали по дороге из мелко дробленого голубого гранита к многообещающему городу в центре долины. Там их принимал Беседующий с Солнцем и Звездами во дворцовом комплексе, строившемся на вершине самой большой цельной каменной плиты, из когда-либо виденных посетителями. Никто не знал предназначение Тимпанума, но все удивлялись разделявшей его широкой трещине.
Еще до того, как зима предъявила свои права на внешний мир, из Кхури-Хана прибыл особый посланник. Генерал Хаккам привел отряд из сорока благородных лордов двора Сахим-Хана. Все были облачены в кхурские доспехи, пышное зрелище, хотя и варварское, на взгляд эльфа. На верхушках широкополых шлемов были золотом выполнены тотемы кланов. Каждое плечо, каждый локоть ощетинились блестящими стальными шипами, а защищавший от солнца плащ с капюшоном у каждого человека был безупречно белым — цвет достатка в пыльном Кхуре.
Будучи скорее городскими обитателями, чем суеверными кочевниками, кхурская делегация, тем не менее, предпочла не входить в Долину Голубых Песков. В качестве примирительного жеста по отношению к своим вынужденным союзникам, Гилтас нарушил протокол, встретив их прямо внутри незавершенной стены долины. Он прибыл пешком, укрываемый от позднеосеннего солнца длинным навесом из цветов, поддерживаемым дюжиной молодых эльфов. Хотя и большой, навес весил очень мало, и покрывался рябью от незначительного бриза. Проницательный Беседующий также оделся в белое.






