ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джонатан Келлерман – один из самых популярных в мире писателей детективов и триллеров. Свой опыт в области клинической психологии он вложил в более чем 40 романов, каждый из которых становился бест... Дочь убийцы Джонатан Келлерман Jonathan Kellerman THE MURDERER’S DAUTHER Copyright © 2015 by Jonathan Kellerman. This translation is published by arrangement with Ballantine books, an imprint of Random House, a division of Penguin Random House LLC. Оформление серии А. Саукова, Ф. Барбышева Иллюстрация на суперобложке Филиппа Барбышева © Гольдберг Ю.Я., перевод на русский язык, 2017 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018 Флиртовать эти двое начали в первый же вечер знакомства, а во второй Фандерберк уже взобралась на разделочный стол в кухне и раздвинула ноги. Высокий рост позволял Ардису справиться со своей задачей, не используя скамеечки для ног. Ему только исполнилось двадцать два года, а он уже был законченным алкоголиком и крепко подсел на амфетамин. Доди была на три года моложе его и отличалась пухлыми формами, а менструации у нее всегда были нерегулярными, и ей потребовалось четыре месяца, чтобы понять, что они с Арди зачали ребенка. Как-то вечером, находясь на работе, девушка поняла, что молчать больше нельзя, потому что живот у нее уже выпирал. Она подошла к Блейдсу, который курил бычок и мыл пол, и задрала футболку. – Ага, – произнес он. – Вот оно что. – Точно, – кивнула Доди. Ардис выпустил облачко дыма и пожал плечами. – У меня нет денег, чтобы от него избавиться. – Ладно, – сказала Фандерберк. – Может, я его сохраню… Молодой человек пошел в другой угол зала. – Ты меня любишь, Арди? – спросила его подружка. – Конечно. – Ладно, я его сохраню. – Думаешь? – Может быть. – Как хочешь. * * * Брак даже не обсуждался. Ардис не изъявлял никакого желания, а Доди была бы не против, но считала, что они уже вроде как женаты, потому что живу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Такое количество участков предполагало два часа на тросе – если никто не застрянет.

Нервным центром всего приключения служила хижина в самой глубине леса, местонахождение которой не определялось GPS. Вокруг бесстрашно скакали маленькие ядовитые древесные лягушки – ярко-красные, желто-зеленые и темно-синие с черными крапинками, идеально круглыми, так что они казались нарисованными.

Всем командовали несколько апатичных инструкторов разных национальностей, недовольных тем, что приходится работать за деньги. Вокруг «офиса» валялись пустые бутылки из-под текилы, водки и мескаля. Полная медицинская карта участников состояла из одного вопроса: «Вы в порядке?»

Ни один человек из группы, в которую входила Грейс, даже те, кто явно нервничал, не признался, что он не в порядке. Компанию ей составили четыре человека: два молодых парня – слишком хвастливых, что, вероятно, выдавало их волнение – и супружеская пара лет пятидесяти, так и не пришедшая к соглашению, во что же они ввязались.

Она (улыбаясь): Разве не весело?

Он (хмурясь): Смотря что под этим подразумевать.

Инструктаж состоит из демонстрации толстых кожаных перчаток, которые нужно надеть перед тем, как неловко закинуть руки за голову и обхватить трос, не касаясь его. Единственный способ замедлить движение или затормозить – это схватиться за трос, но без перчаток он разрежет вам руку, словно нож.

Все зависит от силы сжатия, объясняет дежурный инструктор, нигериец с тяжелыми веками и милым британским акцентом. Слишком «деликатно» – и вывиха запястий не избежать, но вы все равно продолжите движение. Слишком «сильно» – и вы остановитесь раньше времени и повисните в полумиле от земли, так что никто не сумеет до вас добраться. В такой ситуации помочь себе вы можете только сами: поменяйте руки, в результате чего повернетесь спиной к пункту назначения. Потом нужно перебирать руками, двигаясь к безопасной площадке, и надеяться на лучшее.

Что будет, если вы устанете? Нигериец подмигивает и пожимает плечами.

* * *

Грейс медлит и ждет, пока остальные четверо не уходят на маршрут, а потом обращается к другому инструктору, латиноамериканцу с блестящими, как от наркотиков, глазами.

– Я хочу сделать это одна.

– Сеньорита…

– Сколько?

– У нас это не принято.

Женщина повторяет вопрос. Инструктор хмурит брови. Советуется с двумя другими, называет немыслимую сумму.

Блейдс смеется и говорит свою цену.

Инструкторы изображают негодование.

Через несколько секунд соглашение достигнуто.

* * *

Она ждет, пока с другого конца троса приходит сообщение: группа прошла десять станций, слегка замедлившись из-за нескольких эпизодов «самопомощи».

– Давай, – говорит нигериец, и они с Грейс пускаются в путь.