ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В постапокалиптическом мире будущего, в котором живет Тэлли, всем подросткам, достигшим шестнадцати лет, делают пластическую операцию, чтобы превратить их в ослепительных красавцев. Тэлли осталось... Уродина Скотт Вестерфельд Scott Westerfeld Uglies © Н. А. Сосновская, перевод на русский язык, 2018 © ООО «Издательство АСТ», 2018 – Лучшие друзья навек, – пробормотала Тэлли и провела кончиками пальцев по маленькому шрамику на правой ладони. За деревьями сверкала река. До Тэлли доносился плеск легких волн, расходящихся от глайдеров. Тэлли пригнулась и спряталась в камышах. Летом шпионить лучше всего. Прибрежная трава высокая, всегда тепло, и не надо на следующий день мучительно сражаться со сном на уроках. А вот Перис теперь вообще может спать сколько заблагорассудится. Одна из привилегий красавчиков. Старый тяжелый мост протянулся над водой. Его массивные металлические конструкции казались такими же черными, как небо. Мост был построен так давно, что сам выдерживал собственный вес, ему не требовались никакие гравиопоры. Пройдет миллион лет, город рассыплется в прах, а мост, наверное, останется, словно кость окаменелого животного. В отличие от других мостов Нью-Красотауна, старый мост не умел разговаривать – и, что важнее, не умел сообщать о нарушителях. Однако, пусть он и был немым, этот мост всегда казался Тэлли жутко мудрым, таким же знающим обо всем на свете, как какое-нибудь древнее дерево. Глаза Тэлли уже окончательно привыкли к темноте, и через несколько секунд она разыскала леску, привязанную к камню в обычном месте. Тэлли дернула за леску и услышала, как плеснула по воде веревка, спрятанная между опорами моста. Тэлли тянула леску к себе до тех пор, пока в руках у нее не оказалась мокрая, тут и там затянутая узлами веревка, другой конец которой был привязан к стальной балке в основании моста. Тэлли туго натянула веревку и привязала ее конец к дереву, как обычно.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Становится немного не по себе из-за того, насколько хорошо тут все сохранилось. Из всех руин, которые мне довелось повидать, эти выглядят самыми новенькими.

– А их покрыли каким-то особым спреем для лучшей сохранности. Ведь сюда водят школьные экскурсии.

«В этом они все, – подумала Тэлли. – Ничего не оставят как есть. Все превратят в подачку, или в пугало, или в наглядное пособие».

Тэлли и Дэвид сложили большую часть своего груза в полуразрушенном доме ближе к окраине. Вряд ли сюда осмелятся наведаться даже самые дерзкие уродцы. С собой путники взяли только фильтры для очистки воды, фонарик и несколько пакетов с едой. Дэвид ближе Ржавых руин к городу не подбирался, поэтому Тэлли полетела первой вдоль залежей железной руды, которые ей несколько месяцев назад показала Шэй.

– Как думаешь, мы с ней когда-нибудь сможем снова стать друзьями, как прежде? – спросила Тэлли, когда они с Дэвидом пешком шли к реке, впервые с начала путешествия расставшись со скайбордами.

– Вы с Шэй? Конечно.

– Даже после того… как мы с тобой…

– Только бы нам спасти ее от чрезвычайников, а уж тогда она, я думаю, простит тебе почти все на свете.

Тэлли промолчала. Шэй уже догадалась, кто предал Дым. Вряд ли это можно чем-то загладить.

Добравшись до реки, они на полной скорости полетели над порогами, радуясь тому, что освободились от тяжелого походного груза. Тучи брызг летели в лицо Тэлли, ревел внизу поток, и было так легко представить, что это – обычная вылазка тех времен, когда она была беспечной городской девчонкой, а не…

Кем она стала теперь? Она больше не была шпионкой, но не могла и называть себя дымницей. Она не стала красоткой, но и уродкой себя уже не чувствовала. По большому счету, Тэлли не ощущала себя никем. Но зато у нее была цель.

Впереди показался город.

– Вот он, – сказала Тэлли Дэвиду, пытаясь перекричать шум воды. – Но ты же видел города раньше?

– Так близко я ни к одному не подбирался.

Тэлли смотрела на знакомый профиль Нью-Красотауна вдалеке, на тонкие струйки следов от фейерверков над бальными башнями и особняками, и ее сердце кольнуло от чувства, похожего на ностальгию, только более горького. Когда-то вид башен Нью-Красотауна будил в ней желание попасть туда. Теперь город казался ей опустевшей скорлупкой, из которой вынута сердцевина обещаний. Она, как и Дэвид, потеряла свою родину. Вот только в отличие от Дыма ее родной город никуда не делся, вот же он, прямо впереди, рукой подать… Но в нем не осталось ничего из того, что когда-то делало его родным.

– У нас еще несколько часов до рассвета, – сказала Тэлли. – Хочешь взглянуть на логово чрезвычайников?

– Чем скорее, тем лучше, – сквозь зубы процедил Дэвид.

Она кивнула и пробежалась взглядом по знакомому чередованию светлых и темных пятен вокруг города.