ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Известнейшая Госпожа Манхэттена, Нора Сатерлин, когда-то была просто девчонкой по имени Элеонор... Для этой зеленоглазой бунтарки не существовало правил, которые она не стремилась бы нарушить. Её... Тиффани Райз Святой Серия: Грешники - 5 Перевод: Skalapendra, Catherine_Tate Сверка: helenaposad Бета-коррект: lildru Редактор: Amelie_Holman Оформление: Eva_Ber Тропа расширилась, и Нора увидела озеро. Блики пробивающегося сквозь тучи солнца играли серебром на его темной глади. Она остановилась на камнях возле самой воды. Она могла это сделать. Все это время она готовилась к этому моменту, думая, что скажет и как. Она должна быть сильной. Ради него она сделает это. Нора сглотнула и сделала быстрый вдох. - Сорен... - произнеся его имя, она остановилась. Она не могла больше выдавить ни слова. Слова застряли в ее горле и душили, как рука на шее. Повернувшись спиной к воде, Нора быстро пошла, почти побежала обратно к дому, прижимая к груди серебряную коробочку. Она не могла сделать это сейчас. Не могла отпустить. Она положила коробочку на каминную полку и отвернулась. Может быть, ей будет легче поверить, что ничего этого не случилось, если не смотреть? Снаружи поднялся ветер. Покосившиеся, обвитые плющом ставни с грохотом ударялись о каменные стены. Электричество пробежало по коже, в воздухе пахло озоном. Начиналась буря. Нора развела огонь в обоих очагах – большом, каменном, который она заприметила с самого начала, и в том, что поменьше, в спальне. Хозяин дома нашел для нее холодильник и шкафы. Лишняя любезность. У нее уже две недели не было аппетита, она заставляла себя есть только чтобы избежать головной боли от голода. Весь день она пыталась занять себя бытовыми мелочами. В домике было чисто, но ей показалось необходимым вымыть всю посуду в большом медном чайнике и подмести пол найденной в кладовой метлой. Девушка работала до тех пор, пока не упала без сил на кровать и не

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она думала о пожилых людях, но сегодня снова ощущала себя подростком - беспокойным и ожидающим, желающим того, чему не могла подобрать определение, но знала, что нуждалась в этом. Но что же это было? Кто это был?

Она спустилась вниз и решила поесть. Но вместо себя она подкормила поленьями камин. Пока дерево потрескивало, сгорая, за окном кухни небо расколола молния.

Совсем недалеко слышались раскаты грома. Нора стояла у окна и наблюдала, как ночь раскалывается. По лесу снова и снова грохотал гром. Между зарядами Нора услышала другой звук. Намного громче. Чище. Ближе.

Шаги по камню.

Стук в дверь.

Затем тишина.

Нора застыла. Здесь никого не должно быть. Никого кроме нее. Хозяин пообещал ей уединение. Этот коттедж был единственным домом на несколько миль по его словам. Он владел всей землей вокруг него.

Она будет в безопасности. Она будет одна.

Еще один стук.

На двери коттеджа не было замка. Кто бы ни стоял снаружи, он мог войти в любой момент. Две недели единственными эмоциями, которые она испытывала, были печаль и горе. Теперь она ощутила что-то еще - страх.

Но Сорен натренировал ее слишком хорошо - Евреям 13:2 «Страннолюбия не забывайте, ибо через него некоторые, не зная, оказали гостеприимство Ангелам». И такая ночь подходила или демону или ангелу, святому или грешнику.

Она рывком открыла дверь. Человек, не ангел, стоял за порогом.

- Убежище?

Дождь намочил его темные волосы и покрыл каплями кожаную куртку.

- Какого черта ты тут делаешь? - спросила она, скрещивая руки на груди, стесняясь низкого выреза на сорочке. Ей стоило накинуть халат.

- Умоляю об убежище. Мне стоит повторить? Убежище?

- Ты преследовал меня? - спросила она. Прошлой ночью она летала в Марсель и обедала с ним. Она и не думала, что он будет преследовать ее до самой Германии.

- Я бы пришел раньше, но ошибся поворотом у Гензеля и Гретель. Девочка в красном плаще подсказала мне дорогу, и теперь я здесь, Белоснежка.

- Ты нашел дорогу сюда, Охотник. Найдешь и обратную, - ответила она. - Я не могу дать тебе убежище.

- Почему?

- Ты знаешь, что произойдет, если я тебя впущу.

- Именно то, чего мы оба хотим.

- Этого не должно произойти. И мне не нужно тебе объяснять почему.

Улыбка исчезла с его лица.

- Я нужен тебе, - сказал он.

- Это не важно. Я должна сделать это сама, одна.

- Ты не должна делать это одна. - Он сделал почти незаметный шаг вперед. Носки его промокших под дождем коричневых ботинок коснулись, но не пересекли порога. - Ты слишком многое делаешь в одиночестве.

- Я не могу тебя впустить, - ответила она и снова ощутила этот ком в горле.

- Он хотел, чтобы ты сделала это в одиночку?

- Нет, - ответила она. - Не хотел.

- Впусти меня.

- Это звучит как приказ. Я говорила тебе, кем являюсь. И ты знаешь, что я отдаю приказы.

Она уже чувствовала, как рушится ее решимость.