– Ты никого и ничего не получишь, – заявил он, – кроме быстрой смерти, если не уберешься отсюда сейчас же.
– Прости, но не могу этого сделать, – ответил изгой, чьи мускулистые руки по-прежнему натягивали лук. – У нас было время подготовиться к этому дню благословенного восстановления в правах. Мы не уйдем отсюда с пустыми руками.
– Как ты мог, Фил? – проскулила Шелби и обернулась к Люс. – Я понятия не имела… Честно, Люс, нет. Я просто считала, что он подонок.
Губы Фила изогнулись в улыбке. Его жуткие и пустые белые глаза казались порождением кошмара.
– Отдайте мне ее без борьбы, или никого из вас не пощадят.
Тогда Кэм громко, от души расхохотался. Собравшиеся в кухне вздрогнули, а парень на пороге поежился.
– Кто не пощадит? У тебя что, есть армия? – поинтересовался Кэм. – Знаешь, похоже, ты первый встреченный мною изгой с чувством юмора. Почему бы нам не перенести обсуждение на улицу? – добавил он, обведя взглядом тесную кухню. – И покончим с этим.
– Охотно, – ответил изгой с хладнокровной улыбкой на бледных губах.
Кэм расправил плечи, как будто потягивался, – и тогда из места, где сошлись его лопатки, огромная пара золотых крыльев рванулась сквозь серый кашемировый свитер. Они расправились за его спиной, заняв собой большую часть кухни, настолько яркие, что едва не ослепляли.
– Черт, – заморгав, прошептала Келли.
– Более или менее, – подтвердила Арриана, пока Кэм, сложив крылья за спиной, протискивался мимо изгоя на задний двор. – Уверена, Люс тебе все объяснит!
Крылья Роланда расправились с таким звуком, будто взлетела стая птиц. Пока он выбирался наружу следом за Кэмом, кухонная лампа высвечивала на них темно-золотые и черные разводы. Молли и Арриана двинулись за ним по пятам, наткнувшись друг на друга. Арриана оттеснила дымчато-бронзовые крылья Молли своими сияюще-переливчатыми, рассыпав нечто вроде мелких электрических искорок, пока они толкались в проеме. Следующей оказалась Гэбби, чьи пушистые белые крылья развернулись изящно, как у бабочки, но в то же время с такой быстротой, что по кухне пронесся порыв благоухающего цветами ветра.
Дэниел взял Люс за руки. Он закрыл глаза, вдохнул и выпустил собственные тяжелые белые крылья. Полностью расправленные, они заполнили бы собой всю кухню, но он придержал их у самого тела. Они мерцали и светились и выглядели невыносимо прекрасными. Люс потянулась и коснулась их обеими руками. Теплые и атласно-гладкие снаружи, изнутри они были полны силы. Девочка ощущала, как та струится по Дэниелу и вливается в нее. Она была так близка к нему, полностью его понимала. Как будто они стали единым целым.
«Не волнуйся. Все будет хорошо. Я всегда о тебе позабочусь».
Но вслух он произнес совершенно иное.
– Оставайся в безопасности, – велел он. – Оставайся здесь.






