Люс мечтала о возможности показать маме, что у них с Дэниелом все прочно, чудесно и неповторимо, но вокруг было слишком много народу. Все, что должно было быть просто, давалось через силу.
Затем Эндрю бросил жевать фетровые перья вокруг собственной шеи и затявкал на дверь. Папа встал и потянулся за собачьим поводком. Какое облегчение.
– Кое-кто просится на вечернюю прогулку, – объявил он.
Мама тоже встала, и Люс вместе с ней прошлась до двери и подала ей плащ. А потом протянула отцу шарф.
– Спасибо вам за сегодняшний вечер. Мы вымоем посуду, пока вас не будет.
Мама улыбнулась.
– Мы гордимся тобой, Люс. Что бы ни случилось. Помни об этом.
– Мне нравится этот Майлз, – заметил папа, пристегивая поводок к ошейнику Эндрю.
– А Дэниел… просто замечательный, – с намеком в голосе подсказала ему мама.
Щеки Люс вспыхнули румянцем, и она оглянулась на стол. А затем кинула на родителей взгляд, подразумевающий «пожалуйста, не надо меня смущать».
– Ладно! Хорошо вам прогуляться!
Девочка придержала дверь открытой, глядя, как они уходят в ночь, а перевозбужденный пес пыхтит, натягивая поводок. Холодный воздух снаружи освежал. В доме было слишком людно и жарко. Как раз перед тем, как родители скрылись из виду, свернув на улицу, Люс померещилась вдали какая-то вспышка.
Нечто похожее на крыло.
– Вы это видели? – спросила она, не вполне уверенная, к кому именно обращается.
– Что? – переспросил обернувшийся отец.
Он выглядел таким довольным и счастливым, что у девочки кольнуло сердце.
– Ничего.
Люс вымучила улыбку и закрыла дверь. За ее спиной определенно кто-то стоял.
Дэниел. Тепло, от которого она покачнулась на месте.
– Что ты видела?
Его голос был холоден, но не от гнева, а от страха. Люс подняла на него взгляд, потянулась к его рукам, но он уже отвернулся.
– Кэм, – окликнул он. – Неси свой лук.
Кэм на другой стороне комнаты так и вскинулся.
– Уже?
Он умолк, когда снаружи донесся свист. Отпрянул от окна и запустил руку под пиджак. Люс заметила серебряную вспышку и вспомнила стрелы, которые он забрал у девочки-изгоя.
– Скажи остальным, – велел Дэниел, прежде чем обернуться к Люс.
Его губы приоткрылись, и из-за отчаянного выражения на лице Дэниела девочке подумалось, что он хочет поцеловать ее, но он только заговорил.
– У вас есть укрытие от урагана?
– Объясни мне, что происходит, – попросила Люс.
Она слышала, как льется вода в кухне, как Арриана и Гэбби вместе с Келли распевают вариации на мотив песни «Сердце и душа», занимаясь посудой. Видела настороженные лица Молли и Роланда, убирающих со стола. И внезапно поняла, что весь этот праздничный обед был спектаклем. Прикрытием. Хотя она не знала для чего.
Рядом с Люс объявился Майлз.






