Вскоре появились всадники: батальон вольной кавалерии, возглавляемый ренфаэльскими рыцарями. Впереди скакал высокий воин в броне, украшенной синей финифтью. Френтис почувствовал, как напрягся лежащий рядом Арендиль, когда тот подъехал ближе.
— Это твой отец?
Лицо мальчика исказилось ненавистью, костяшки пальцев, сжимавших рукоять меча, побелели.
— Он всегда надевает эти синие доспехи. Говорят, они обошлись ему в половину казны фьефа.
Конники остановились в трех сотнях шагов от утеса, следопыты с собаками приблизились к голове колонны. Один из них указал прямо на то место, где скрывался отряд.
— Бежим, — предложила Давока. — Пока они будут разыскивать наши следы, мы уже будем за много миль отсюда.
Ей ответил Греалин, озвучив и Френтисовы мысли:
— А как только разыщут их, так настигнут нас еще до заката. Я слишком устал, чтобы бежать, брат, — добавил он, в упор глядя на Френтиса.
* * *
Толстяк встал против утеса, спокойно сложив руки на своем обширном животе. Вскоре показались всадники, скачущие галопом. Высокий рыцарь в синих доспехах поднял руку, останавливая батальон, сам же выехал вперед и, не спешиваясь, коротко поклонился аспекту. До Френтиса с Арендилем, прятавшихся за камнями в овраге, доносились лишь отдельные слова: «Красный брат» и «сын». Греалин говорил с приветливой улыбкой, но она, похоже, ничуть не смягчила рыцаря. Выхватив меч, тот подъехал вплотную, коснулся острием груди старика и громко произнес:
— Хватит вилять, брат! Где они?
Френтис вопросительно приподнял бровь. Мальчик, побелевший до синевы, решительно кивнул.
— Эй, Дарнел! — позвал Френтис, поднимаясь во весь рост. В руках он держал натянутый лук. Рядом встал Арендиль с мечом наголо.
Рыцарь рывком повернул коня. За забралом не было видно глаз, но в голосе, каким Дарнел отдал приказ своим, звучал триумф. Они поскакали вперед, забыв о Греалине — а зря.
Подождав, пока все рыцари и дюжина вольных кавалеристов проедут, аспект повернулся к утесу и воздел руки с растопыренными пальцами в сторону грота. Внезапно Греалин попятился. По окрестностям разнесся звук, похожий на раскат грома, и облако красной пыли окутало воларскую кавалерию, оттуда послышалось отчаянное ржание коней.
Аспект продолжал отступать. Гром ударил еще раз, причем с такой силой, что затряслась земля. Рыцари дрогнули, их лошади вставали на дыбы. Человек в синих доспехах потянул за узду и хлопнул ладонью коня по боку, заставляя опуститься. Затем он поднял голову — и как раз вовремя: по песчанику прямо на глазах расползалась сеточка трещин. Френтис спустил тетиву, стрела вонзилась в ногу рыцаря, не отрывавшего взгляда с утеса. Железный шип с легкостью пробил тонкий доспех, прикрывавший колено.






