ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приключения Михаила Солнцева не закончились. Теперь он один в неизвестном мире, но с ним его смекалка и уверенность в себе. 1860 год, переселенцы двигаются по прериям в поисках своего будущего дома... Ганфайтер Владимир Геннадьевич Поселягин — Молодец Черныш, умница! — сказал я, смеясь, и целуя коня в нос. Черныш весело косился на меня умным лиловым глазом и тихонько ржал. Отпустив его морду, я спиной упал в воду и, оттолкнувшись от вязкого дна медленно поплыл, тихонечко удаляясь от берега. Черныш бесшумно продолжил пить, хотя его бока и так раздувались от выпитой воды. — Эх, Черныш, я бы никогда не вылезал из воды, тут так хорошо! — крикнул я коню и, приняв вертикальное положение, тихонько подрабатывая руками и ногами, я с удовольствием оглядывался. Что ни говори, а вид был просто ошеломляюще прекрасный. Тут и уже близкие горы с белоснежными шапками, и великолепные луга с изумрудной травой и быстрая река несущая свои воды мимо глинистых берегов, где мы остановились, и просто синие — синие небо. Жизни прекрасна. Налюбовавшись, я мощным брассом поплыл к берегу, где был лагерь. Течение унесло меня метров на сто, и мне пришлось изрядно «попотеть», преодолевая течение. С трудом я вылез на глинистый берег, который, после того как мы обрызгали его водой стал очень скользким, но и эту трудность я преодолел. Черныш продолжал блаженствовать в воде стоя в ней по пузо. — Смотри не простудись, и вообще вылезай давай, мне седло снять надо… как-то! — говорил я коню, который на меня, совершенно не обращал внимание. — Ладно, сам залезу! — я снова прыгнул в воду, как и час назад, когда мы увидели реку, подойдя к коню, взял его за поводья и повёл на берег. Скользя, мы вылезли на берег и я, подойдя к боку, с затруднением осмотрел седло. — Так и что мы имеем? А имеем мы ремень через живот! — отстегнув пряжку, я рывком снял седло и бросил его на траву, после чего снял попону и постелил ее

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Судя по клейму это казнозарядная винтовка Шарпса образца 1859 года, причем однозарядная, но осмотрев патроны к нему, я изменил свое отношение к этой винтовке, патроны, были железные и винтовочные, а не как у винчестера вроде револьверных. Единственное что мне не нравилось так это то, что их было всего семнадцать, и что все патроны были тупоносыми, то есть остроконечных не было совсем. Осмотрев все патроны, я стал делать ножом крестообразные надрезы на револьверных пулях, не трогая винтовочные, соорудив из них знаменитые «дум — дум». Закончив с винтовкой, не став убирать её обратно, а положив рядом так на всякий случай, и стал осматривать «кольты», уже не так бегло как раньше.

«Кольты» были просто произведениями искусства, матовые с перламутровыми щечками на рукоятке, и посеребренной мушкой на стволе. Откинув защелку, я осмотрел барабан.

«Судя по каморам, он шестизарядный, но камора под курком пустая. Хм, хорошая идея на револьвере ведь нет предохранителя, так что случайный выстрел исключён. Судя по конструкции, это такой же „кольт“ как и у Мери, так что он может использовать и унитарные патроны, и комбинацию „порох плюс пуля“. Совсем хорошо».

Еще раз осмотрев кольты я убрал их в кобуры и подхватив винтовку встал и направился к девушкам которые позвали меня завтракать.

После завтрака мы быстро собрались. Девушки стояли и терпеливо ждали сидя на каурой, пока я загружу тело Веселого Джека обратно на вьючную. После чего мы тронулись дальше в сторону форта, двигаясь последам каравана.

— Джон, а почему ты взял тело Джека? — спросила Мери где-то через два часа после того как мы покинули брод.

— Ну… — не говорить же девушке что я так решил легализоваться и заявить о себе. Славы я не боялся, как и мести со стороны банды Джека, которую он похоже кинул с деньгами, да и плевать мне было на их месть, я тоже не подарок. Ехали мы, довольно быстро погоняя лошадей, стараясь по быстрее достичь форта. По словам Мэри, от него они удалились на два дня, это если считать на повозках, на лошадях же будет около одного дневного перехода. форт находился на самом краю индейской границы, и сейчас мы ехали по их землям. — … понимаешь, за него дают хорошие деньги, а я не настолько богат, что бы раскидываться ими.

— А-а-а, — протянула та и с одобрением кивнула. — Хорошо я поняла.

— За нами кто-то едет, — произнесла вдруг Агнесса, которая до этого молчала. Девушка сидела позади Мэри и частенько тревожно оборачивалась и, заметив несколько всадников, которые появились на дальнем холме, немедленно сообщила.

Остановив лошадь, я развернул ее и присмотрелся к тому холму вдалеке, по которому мы недавно проезжали. Там действительно было десяток всадников, и ковбойские шляпы на голове показали, что это не индейцы, а бледнолиции.