ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приключения Михаила Солнцева не закончились. Теперь он один в неизвестном мире, но с ним его смекалка и уверенность в себе. 1860 год, переселенцы двигаются по прериям в поисках своего будущего дома... Ганфайтер Владимир Геннадьевич Поселягин — Молодец Черныш, умница! — сказал я, смеясь, и целуя коня в нос. Черныш весело косился на меня умным лиловым глазом и тихонько ржал. Отпустив его морду, я спиной упал в воду и, оттолкнувшись от вязкого дна медленно поплыл, тихонечко удаляясь от берега. Черныш бесшумно продолжил пить, хотя его бока и так раздувались от выпитой воды. — Эх, Черныш, я бы никогда не вылезал из воды, тут так хорошо! — крикнул я коню и, приняв вертикальное положение, тихонько подрабатывая руками и ногами, я с удовольствием оглядывался. Что ни говори, а вид был просто ошеломляюще прекрасный. Тут и уже близкие горы с белоснежными шапками, и великолепные луга с изумрудной травой и быстрая река несущая свои воды мимо глинистых берегов, где мы остановились, и просто синие — синие небо. Жизни прекрасна. Налюбовавшись, я мощным брассом поплыл к берегу, где был лагерь. Течение унесло меня метров на сто, и мне пришлось изрядно «попотеть», преодолевая течение. С трудом я вылез на глинистый берег, который, после того как мы обрызгали его водой стал очень скользким, но и эту трудность я преодолел. Черныш продолжал блаженствовать в воде стоя в ней по пузо. — Смотри не простудись, и вообще вылезай давай, мне седло снять надо… как-то! — говорил я коню, который на меня, совершенно не обращал внимание. — Ладно, сам залезу! — я снова прыгнул в воду, как и час назад, когда мы увидели реку, подойдя к коню, взял его за поводья и повёл на берег. Скользя, мы вылезли на берег и я, подойдя к боку, с затруднением осмотрел седло. — Так и что мы имеем? А имеем мы ремень через живот! — отстегнув пряжку, я рывком снял седло и бросил его на траву, после чего снял попону и постелил ее

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Протянув руку, я не глядя открыл небольшой чехол и достал подзорную трубку, трофей, снятый мной с коня Джека, и присмотрелся к всадникам.

— Это банда Джека, впереди по нашим следам едут два индейца, а за ними семеро всадников в разномастной одежде, — сказал я, не отрываясь от окуляров.

— Они нас видят? — тревожно спросила Мэри.

Обернувшись, я озадаченно посмотрел на неё.

— Конечно, мы же на виду стоим, нас с любого холма видно.

Вернувшись к наблюдению, я увидел, что стал объектом такого же пристального разглядывания. Причём громила сидящего на большом монстре, которое с натяжкой можно назвать лошадью, тоже разглядывал меня в подзорную трубу. Заметив, что я на него гляжу, он медленно провел большим пальцем себе по горлу, показывая, что с ним скоро случиться. Хмыкнув, я повернулся к девушкам и сказал:

— Думаю, что нам пора двигаться дальше… и как можно быстрее, — спокойно сказал я, заметив, что преследователи, настёгивая лошадей, спускаются с холма и скачут в нашу сторону.

Скачка длилась почти полчаса, и быстро мне надоела, в отличие от девушек которые довольно сносно сидели на лошади, я быстро натёр внутренние стороны бедер, и они уже начали болеть. Обернувшись, и заметив, как быстро сокращается расстояние, я крикнул девушкам:

— Мэри, дай мне твой «винчестер», и скачите дальше, я их задержу.

Вытащив на ходу винтовку, девушка протянула ее мне. Взяв «винчестер» я остановился и, развернувшись к преследователям положил винтовку поперек седла, вытащил дальнобойный Шарпс. Вскинув оружие и прижав приклад к плечу, я прицелился в индейца, что скакал сбоку от группы всадников и нажал на спуск, благо расстояние было то что нужно.

И первым открытием для меня было то, что патроны были снаряжены дымным порохом, а не бездымным как я думал.

«Твою мать, ну какого я не проверил и не пострелял, тренируясь на незнакомом оружии?! Нет, ведь боялся, что выстрелы услышат», — зло подумал я, машинально перезаряжая винтовку.

Дальнейшее меня изумило, Черныш, который даже не вздрогнул от выстрела, переступая ногами, боком вышел из дымного облака. Вскинув винтовку, я снова выстрелил. Второй индеец свалился с лошади. Отбросив винтовку в сторону, так как я не успевал снова перезарядить её и, схватив «винчестер», стал выцеливать бандитов. После каждого выстрела Черныш отходил в сторону, явно обученный для подобной прицельной стрельбы.

За несколько выстрелов мы с конем пришли к полному взаимопониманию, и последний патрон я потратил чуть ли не в упор. Отшвырнув «винчестер» я выхватил из кобуры один из кольтов и выстрелил в грудь ближайшего бандита, который пристав в стременах с щербатой улыбкой целился в меня из обреза. Взведя курок я выстрелил в следующего, который оказался тем самым громилой, сидящим на здоровенной зверюге.