ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приключения Михаила Солнцева не закончились. Теперь он один в неизвестном мире, но с ним его смекалка и уверенность в себе. 1860 год, переселенцы двигаются по прериям в поисках своего будущего дома... Ганфайтер Владимир Геннадьевич Поселягин — Молодец Черныш, умница! — сказал я, смеясь, и целуя коня в нос. Черныш весело косился на меня умным лиловым глазом и тихонько ржал. Отпустив его морду, я спиной упал в воду и, оттолкнувшись от вязкого дна медленно поплыл, тихонечко удаляясь от берега. Черныш бесшумно продолжил пить, хотя его бока и так раздувались от выпитой воды. — Эх, Черныш, я бы никогда не вылезал из воды, тут так хорошо! — крикнул я коню и, приняв вертикальное положение, тихонько подрабатывая руками и ногами, я с удовольствием оглядывался. Что ни говори, а вид был просто ошеломляюще прекрасный. Тут и уже близкие горы с белоснежными шапками, и великолепные луга с изумрудной травой и быстрая река несущая свои воды мимо глинистых берегов, где мы остановились, и просто синие — синие небо. Жизни прекрасна. Налюбовавшись, я мощным брассом поплыл к берегу, где был лагерь. Течение унесло меня метров на сто, и мне пришлось изрядно «попотеть», преодолевая течение. С трудом я вылез на глинистый берег, который, после того как мы обрызгали его водой стал очень скользким, но и эту трудность я преодолел. Черныш продолжал блаженствовать в воде стоя в ней по пузо. — Смотри не простудись, и вообще вылезай давай, мне седло снять надо… как-то! — говорил я коню, который на меня, совершенно не обращал внимание. — Ладно, сам залезу! — я снова прыгнул в воду, как и час назад, когда мы увидели реку, подойдя к коню, взял его за поводья и повёл на берег. Скользя, мы вылезли на берег и я, подойдя к боку, с затруднением осмотрел седло. — Так и что мы имеем? А имеем мы ремень через живот! — отстегнув пряжку, я рывком снял седло и бросил его на траву, после чего снял попону и постелил ее

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Там вроде и военные были, даже какая-то хрень железная, вроде допотопного броненосца.

Пока беспилотник крутился в стороне, это чтобы не попасть под залп, я на несколько секунд замер, не все ещё установки в автоматическом режиме навелись на цели, после чего активировал общий пуск. Цели для каждой машины я уже определил и выдал компам.

Дети стояли снаружи и наблюдали как в километре от них, два десятка установок начали выпускать большие ракеты. Не фейерверк, но неплохо. Всем понравилось, прыгали и хлопали в ладоши.

Вернув беспилотник обратно в Лондон, я заснял все разрушения, Букингемский дворец ярко полыхал, да и порт светился так, что камера слепла, и повёл его обратно. Топливо подходило к концу.

Посадив машину, я убрал её в За Пазуху, туда же отправились установки, КШМка и БТР, после чего заправил вертолёт, время ещё было, местные боялись идти к холму откуда взлетали яркие копья, и посадив детей, пролетев над задымлённым Лондоном, направился во Францию.

Да — да, я уже проложил маршрут. Спуститься пониже, где погода не такая мерзкая, где между Южной Америкой и Африкой самый узкий участок Атлантики, потом на Бе-12 добраться до островов Кабо — Верде, дозаправиться, и уже без остановки лететь до Французской Гвианы. Топлива должно хватить… хм, возможно, придётся дооборудовать самолёт. Вывести в салон шланги, и с помощью насоса прямо из бочек закачивать в баки по потребности.

Эта идея только что мне пришла в голову. Требуется обдумать её более основательно. Но спускаться к экватору всё равно нужно, там сейчас погода отличная, а тут шторм на шторме, из-за чего не хочется использовать яхту.

Через двадцать минут, когда берега Британии остались далеко позади, впереди полоской появились земли Франции, там же виднелся дождевой циклон. Ложась на правый борт, я направил вертолёт к экватору, обдумывая пришедшую только что мысль по дооборудованию самолёта — амфибии.

Настроение у меня было отличное, а то долгая задержка по ответу наглам буквально терзала меня, а тут после ответной акции, чувствовал себя, как будто долго терпел и успел добежать до белого друга или до кустиков. Слабое определение, но мне нравилось.

Посмотрев на то, как дождь скрыл берега Франции, я нахмурился и включил дворники, по лобовому стеклу начали растекаться капли воды. Что-то не нравится мне погода.

Хотелось бы сказать, что по левому борту мелькнули огни Гавра, но не скажу, не мелькнули, вообще оттуда ничего не мелькало. Дождь реально шёл стеной, и самое обидное, что ничего не было видно. Пришлось включить прожектор, снизиться и сбросить скорость. Дождь был ледяной и начала намерзать корка.

— Этого только не хватало, — пробурчал я, поглядывая вниз и вперёд.