Ксенократ даже не подошел к краю крыши. Зачем попусту тратить время?
– А девушка-то с искрой! – сказал Мандела. – Вы действительно думаете, что она работает на тоновиков?
– Я сомневаюсь, что мы вообще когда-нибудь поймем ее мотивы, – ответил Ксенократ. – Но если мы покончим с ней, это поможет оздоровить общество жнецов.
– Бедная Мари, должно быть, вне себя, – проговорил Мандела. – Жить с этой девушкой месяц за месяцем и ничего не знать!
– Жнец Кюри сильная женщина, – отозвался Ксенократ. – Она справится.
Он вызвал охранников. Место, где приземлилась Ситра, будет огорожено, пока ее останки не будут собраны с мостовой и препровождены в ближайший восстановительный центр. Гораздо лучше было бы, если бы она так и осталась мертвой. Черт бы побрал эти правила, относящиеся к иммунитету! Ну что же, когда ее вновь объявят живой, она очнется в камере без всяких средств к побегу и, что более важно, – малейшей возможности связи с теми, кто мог бы встать на ее сторону и подать прошение о ее освобождении.
Ксенократ отправился к скоростному лифту, не вполне доверяя команде охранников, – вдруг что-то пойдет не так?
– Вы со мной, Нельсон? – спросил он Манделу.
– Останусь здесь, – отозвался тот. – Нет никакого желания смотреть на бедную девушку в таком состоянии.
* * *
Ксенократ подумал, что останки просто соберут, и затем тело воспарит на медицинском дроне, который уже приземлился на улице, готовый унестись в восстановительный центр. Но что-то пошло не так. Останки Ситры окружали не охранники. Вокруг Ситры кольцом сплотилось с десяток мужчин и женщин, все в костюмах облачного цвета.
Агенты Нимбуса! Они проигнорировали угрозы и колкости, исходящие от охранников Высокого Лезвия, которые настаивали, что им нужно пройти к телу.
– Что здесь происходит? – грозно спросил Ксенократ.
– Чертовы Нимы, – ответил один из охранников. – Когда мы вышли, они уже были здесь. И к телу нас не допускают.
Ксенократ растолкал своих охранников и обратился к женщине, которая с виду казалась главной среди агентов Нимбуса.
– Вы видите меня? Я – Высокое Лезвие Ксенократ. Это дело, относящееся к компетенции сообщества жнецов, а потому ни вам, ни вашим служащим здесь нет места. Да, по закону погибшая должна быть восстановлена, но мы сами отвезем ее в восстановительный центр. Это дело не подпадает под юрисдикцию «Гипероблака».
– Ошибаетесь, – возразила женщина. – Любое восстановление осуществляется под эгидой «Гипероблака», и мы находимся здесь, чтобы предотвратить любое посягательство на его прерогативы.
Ксенократ забормотал нечто невразумительное, но потом вновь обрел голос:
– Эта девушка не является обычным гражданином. Она – ученик жнеца.
– Она
была
учеником жнеца, – отпарировала женщина.






