ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сила духа и врожденная упертость против мира магии и меча. Яркий, безжалостный мир древних рас. Средневековые войны и суровый быт, и наш современник, ценящий свою скромную и спокойную жизнь. Реально л... Путь меча Владислав Шубин © Владислав Шубин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 – Светлые боги, услышьте мою молитву. Спасите неразумное дитя свое, – забормотал давно забытые молитвы старик. Раздался ещё один стон, громче и страшнее предыдущего. Бросив скомканный невод и вставив окоченевшими руками весла в уключины, Ульмо перерезал веревку, удерживающую утлое судёнышко на месте. Сил и тем более желания вытаскивать якорный камень из воды не было. Бормоча молитвы и вразнобой хлопая по воде веслами, старик спешно направил лодку подальше от берега. Отплыв от скалы на безопасное расстояние и поставив парус, старик всю дорогу до порта грязно ругался, поминая нехорошими словами жену и свою глупость. В то самое время, когда старый Ульмо только закидывал свой невод, на утесе, далеко выдающемся в море, скрытые от нечаянных взоров остатками поросших диким плющом построек, стояли два человека. Первый – невысокий плотный крепыш – был одет в тунику практикующего подмастерья общей магии. С самодовольным выражением лица он выполнял какие-то сложные манипуляции с горящим у его ног огнем призрачно-зеленого цвета. От его действий пламя то стелилось по земле, то взмывало на высоту человеческого роста, бросая свой зловещий отсвет на поверхность воды. Сам огонь, попирая основы природы, горел прямо из темного плоского камня, по самую макушку утопающего в поросшей травой земле. У ног магика расположился ряд мрачных ритуальных принадлежностей: кроваво-красный камень, с кулак ребенка величиной, похожий на рубин, с изъяном – в виде мутной дымки внутри; чашка с синей, неприятного вида жидкостью, и замыкал треугольник – трехгранный прямой нож, с обломанным посередине лезвием. За спиной занятого

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пухлый мальчуган с детства впитывал истории и сказки как губка. Собственно, и на улице-то он не бывал бит лишь потому, что знал тысячи сказок и интересных историй, которыми делились после хорошей чарки старые воины, приходя к деду.

Этим заслоном командовал Кассиус Бран, своими воинскими умениями поддерживая в стражниках боевой дух. Отступая от баррикады к баррикаде, они, сколько могли, задерживали продвижение основного войска в глубь города, застилая улицы города телами своих товарищей и врагов.

Первой и второй линиями заслона командовали наместник Тариус и Геворн. Как у них обстояли дела, было непонятно, но периодически они слышали шум схватки и крики на тех направлениях.

Немалую роль в течение сражения проявляли пришедшие им на помощь орки со своей кошмарной предводительницей. Валло чуть не выблевал свой желудок, когда увидел, с какой легкостью она разбила попавшую в пределы досягаемости для её кулаков голову степняка. Как гнилой арбуз, крак – и устрашенные степняки отшатнулись обрызганные мозгами своего товарища.

По мере продвижения в глубь города стражники, несмотря на свою подготовку, несли потери и получали ранения. В одной из отчаянных атак степняков погиб старший сын Фингуса, а он сам, кинувшись мстить, получил очередное ранение и был вынесен с поля боя. После третьей баррикады орков осталось всего трое, включая их предводительницу, остальные пали под градом стрел.

Более всех работы выпало полковому магу. Сравнявшись цветом кожи с древним пергаментом, он не давал магам степняков наносить удары по воинам города. К сожалению, сам он тоже не мог помогать своему отряду, да и силы его были не бесконечны, в этой схватке он коснулся пределов своего мастерства.

Все это время Валло, как самый бесполезный в сече, помогал ученице мага выносить раненых и заботиться о них. Лори с осунувшимся лицом обрабатывала полученные воинами раны и, заливая свои зелья, возвращала в строй чуть ли не покойников. Именно покойников. Все они уже после прорыва стены распрощались со своими жизнями, потеряв надежду.

Вместе с тем воинский дух защитников города был столь велик, что сдаться в плен никому даже в голову не приходило, ведь сейчас они плечом к плечу защищали свой дом и семьи от захватчиков.

Не преуспевая в деле прорыва последней обороны, степняки решили закидать упрямых стражников стрелами. Усыпав баррикаду и землю за ней травой смерти, они снова кинулись на приступ, растаскивая рукотворные укрытия.

Во время этой атаки Валло и получил стрелу в голову, которая, не до конца пробив шлем, застряла в нем, выбив из стражника сознание. Пришел в себя он от холода. Один, в темноте, среди трупов. Вокруг никого из живых не было, ни врагов, ни товарищей. И те, и другие, посчитав его мертвым, оставили тело на поле боя.