Несмотря на всё, что произошло, в ней еще теплилась слабая надежда. Где-то в глубине души. Надежда обмануть своих тюремщиков и выбраться на волю.
Вырваться? Но зачем? С предательством Каддиуса пути назад к сородичам скорей всего будут отрезаны. Нет клана – нет жизни. Сколько сможет прожить одинокий вампир среди людей, пусть даже воин ночи? До первого утра или, если удача улыбнется, до прихода отряда охотников? Да, она сильнее и быстрее любого из этих кровяных мешков, но это всё. Ум и магия короткоживущих сведут на нет все неявные преимущества.
Лиланда заскрипела зубами от злости, вспомнив, кто послал её в эту ловушку. Смертные добра не помнят, это всем известно – оказанная услуга не стоит ничего. Что же ждет её впереди? Очевидно, роль безропотной игрушки, утехи для искушенного хозяина. Итог будет все тот же. Когда-нибудь игрушка надоест, и хищная экзотическая зверушка закончит свои дни в помойке, повеселив напоследок хозяина и гостей. Что же остается?
Месть. Отомстить жестоко и кроваво, так, как это умеют только вампиры. Лишь эта безумная мысль и не давала ей разбить свою голову о каменные стены.
Пять, четыре…
До входа в катакомбы так и не удалось добраться, её перехватили эльфы. Лживые лесные ублюдки. Самые худшие опасения сбывались. Неожиданно напали, оглушив и обездвижив, и доставили её к человеческому магу.
Затем Лиланде пришлось вытерпеть унизительный осмотр, прежде чем маг отправил её в темницу, приказав заковать в хладное железо. Перед отправкой в подземелье с неё сорвали даже те жалкие клочки одежды, что были, причем куртку смешливый эльф с холодными глазами убийцы пообещал отдать её галантному кавалеру. Несмотря на бушующие внутри эмоции, внешне она смогла остаться невозмутимой. Сейчас сила на их стороне, но им не удастся так просто сломить её волю. «Умение терпеть устранит бедствия». Крысам на смех! Она бы не отказалась посмотреть, как себя вели в такой ситуации её наставники.
Сложнее всего было выносить прикосновения этого похотливого животного, чья лысая голова теперь приятным аксессуаром разбавляет скучный интерьер темницы. Срывая с неё одежду по приказу мага, он, кажется, закапал своей грязной слюной весь пол. Девушка вновь пожалела, что нельзя убить ублюдка второй раз. Не для еды, кровь этого недоумка она бы пить побрезговала – за то, что жирный кусок мяса посмел дергать свой стручок, глядя на её голое, прикованное к стене тело. Ничтожество чувствовало обуревающие вампиршу эмоции и предусмотрительно не подходило близко к прутьям решетки, ограничиваясь светом от факелов.
Проклятые люди! Никому нельзя верить. Взмолившись Нахеме, она попросила о помощи поквитаться с предателями, записав в свой список еще и этого мага с противными рыбьими глазами. Сразу после имени Саргона.






