ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вторая книга цикла «Хроники Горана». Гонец Александр Башибузук ЛОВЧИЙ «Понятие противоположности абсолютного добра и зла ложно, потому что добро и зло неразрывно связаны между собой и не могут существовать друг без друга…» Преподобный Модест Бобан. «К вопросу теологических разграничений». Обитая почерневшей от времени бронзой тяжелая дверь, слегка скрипнула и стала отворяться. Гвардейцы в начищенных до блеска кирасах и шлемах с красно белыми плюмажами, стоявшие на карауле у одного из входов в Святую канцелярию Белого Синода [1] , дружно вынырнули из полудремоты, поудобней перехватили свои гизармы [2] и лязгнув железными башмаками, приняли строевую стойку. Оба были опытными служаками, научившись за годы службы виртуозно интуитивно распознавать значимость того или иного персонажа, решившего выйти именно через эту дверь. Вот и в этот раз они не ошиблись. Ибо на пороге появился сам предстоятель Белого Синода в Добренце, его святейшество прелат Акакий, монументальный толстяк с румяным обширным и добродушным лицом пастыря. Он равнодушно мазнул взглядом по латникам, обеими руками огладил на пузе рясу из белоснежного нупийского шелка, и удивительно плавно для такой громадины обернулся к второму мужчине, вышедшему на крыльцо вслед за ним. — Последний раз спрашиваю, ты не передумал, Горан? — скорбно выдохнул прелат и склонил голову к плечу, внимательно всматриваясь в лицо спутника. — Нет, ваше святейшество… — высокий молодой парень, с украшенным длинным рваным шрамом лицом, залеченным до едва угадывающихся бледных полосок, отрицательно качнул головой. Одетый в безрукавный потертый кожаный камзол, рубаху из некрашеного льняного полотна с просторными рукавами, свободные порты и высокие, видавшие виды сафьяновые сапоги с окованными носками — он смотрелся на фоне прелата не столь внушительно. Однако, его простой вид ко

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Рев и проклятья снаружи не стихли, но горожане пока перестали лезть в пролом. Зато начали долбить стены особняка сразу с нескольких сторон.

— Через окна они не войдут. По крайней мере, еще долго не войдут, — заметив, что я посмотрел вверх сообщила чародейка. — Там очень сильная защита. Стены тоже зачарованы.

— Угу… — я быстро пересчитал «бонбы» в ящике и зло ругнулся — снарядов оставалось до обидного мало — всего пять шаров.

— Это экспериментальные образцы, работы Йены из Фелькельберга. Было больше, но остальные истратили на испытаниях, — пояснила Таисья. Она уже полностью пришла в себя и вооружившись своим самострелом, держала на прицеле брешь в баррикаде у двери.

— Поспешили. Сейчас бы они пригодились. Слушай… а где сейчас Алисия… как ее… Горотелия Филомела? — мне неожиданно вспомнилась полуалвка. — Ну… она еще…

— Знаю такую, — фыркнула Таисья и прищурившись влепила болт в мелькнувшего в проломе горожанина. — В Великограде, входит в Совет Лиг. Сучка…

— Да что ж вы так друг друга ненавидите?

Ловчая не ответила, просто пожав плечами. А в следующее мгновение нам стало не до разговоров.

Горожане поперли в пролом, как будто опились дурманящего зелья. Я быстро истратил все шары, но так и не смог их задержать. Визжащая толпа выплеснулась в коридор словно поток воды, прорвавшей плотину.

Но тут сработала Таисья, чародейка выкрикнула заклинание, многочисленные руны, покрывающие пол и стены, вспыхнули ярким пламенем, в мгновение ока испепелив несущихся к баррикаде обезумевших людей. Несколько превратившихся в живые факелы горожан успели добежать до нас, но латники легко отбросили их своими пиками.

Заклятие далось чародейке очень тяжело, она без сил привалилась к стене, утерла струйку крови из носа и опять полезла в сумку за очередной скляницей.

Резиденция заполнилась чадным дымом, мерзко смердело горелой плотью. В воздухе витали серые хлопья, медленно оседая на покрытый слоем пепла пол. В коридоре было жарко, настолько жарко, что у всех трещали волосы и дымилась одежда.

Неожиданно здание сильно тряхнуло, с потолка посыпалась штукатурка, откуда-то снизу донесся короткий резкий гул. Через небольшой промежуток времени гул опять повторился. Таисья слабо улыбнулась:

— Мыслава с Ольгердой наконец разобрались с библиотекой и лабораториями. Теперь они помогут…

Она не договорила, потому что в резиденцию опять хлынул озверевший людской поток. В мгновение ока преодолев расстояние до нас, они полезли на баррикаду. Дикий рев закладывал уши и заполнял сознание паническим ужасом.

— Убива-а-а-ай!!!

Граненые наконечники пик принизывали людскую плоть, мерно падающие полумесяцы лезвий алебард секли мясо вместе с костями, но напор не ослабевал.