Он ведь полюбил ее и уже не представлял жизни без милой Маши.
Видя спокойствие задержанного, майор враз спрятал напускную суровость, велел поднять на ноги Павла, добродушно показал изъятый у него пистолет:
— Пистолет твой?
— Мой.
Признание обезоружило майора. Обычно урки ни за что не признавали оружие своим: нашел, не знаю чье. А этот сразу — мой. Это настроило майора на позитивный лад.
— Пойдем-ка в номер этой Маши, предъявим тебе ее вещи. Ты ее знаешь?
— Знаю. Она проходит по делу Алешковского в качестве свидетеля. Что с ней стряслось?
Майор переглянулся со своими архаровцами.
— Неизвестно что. Прописалась в гостинице, оставила вещи и пропала. Уже третьи сутки носа не кажет. Администрация отеля сообщила нам, собрались заводить дело о пропаже человека, а тут новое ЧП — с утра кто-то влез в номер и все перерыл. Ты сможешь опознать ее вещи?
— Смогу.
— Идем.
Павел кивнул себе за спину:
— Наручники-то снимите. Не убегу.
Майор Запрудный ухмыльнулся:
— Коконов, расстегни его. А ты, парень, особо не расслабляйся. Мы сегодня же свяжемся с твоим управлением и выясним, на каком ты задании.
— Ваше право. Но я правда сотрудник и на задании, — спокойно согласился Павел, потирая успевшие затечь запястья.
«Надо бежать», — свербило в голове. Но сначала он узнает все об исчезновении Маши. Это для него самое главное сейчас.
В тесном номере, где к стене жалась узкая кровать, стояли холодильник, телевизор на широкой тумбочке и отсутствовал стол, царил кавардак. На кровати, раскрыв зев, лежал распотрошенный чемодан Маши, по полу валялись трусики и маечки, носочки, газеты. У нее и вещей-то особо не было, зачем было устраивать показной шмон — могли спокойно посмотреть содержимое и уйти, — Павел не понимал.
— Ее вещи? — подцепил пальцем ажурный бюстгальтер майор Запрудный.
Оперативники, столпившиеся в проходе у дверей, заулыбались похабными улыбками.
Павел понял, что они имели в виду.
— Про нижнее белье ничего не скажу, — серьезно ответил он. — А чемодан ее, вон те бусы тоже ее — видел их на ее шее.
— Ладно. — Запрудный бросил бюстгальтер в чемодан. — Коконов, собери барахло. Протокол опознания вещей составим в управлении. Ну все, хлопцы, по коням.
Павла толкнули к выходу, оперативники замешкались, шутливо пихаясь между собой, и он первым вышел в пустой длинный коридор этажа. Дальнейшее было как в крутом боевике — он изо всех ног кинулся к лестнице. Оперативники не сразу осознали, что задержанный уносится от них со скоростью лесной лани. Пока переглянулись, пока вскричали: «Сука-а! А!», пока, толкаясь локтями в коридоре, рванули следом, Павел уже промчался через вестибюль, выскочил на крыльцо и, огибая две бело-голубые машины полиции, забежал за угол здания.






