ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мечта любого попаданца. Оказаться в мире Средневековья и иметь доступ к благам мира своего. Вот один такой оказался. Только тихо наживать богатство, маскируясь под доктора, у него не получилось. Лекарь Иван Владимирович Булавин Глава первая Кровавые брызги красным веером окропили придорожные кусты. Несчастный разбойник и понять не успел, что произошло. Двое других оказались куда умнее, а потому уже вовсю убегали, продираясь сквозь кусты с решимостью бешеного лося. — На что эти недоумки надеялись? — спросил Эдмунд, здоровенный молодой орк, выдёргивая секиру, застрявшую в позвоночнике жертвы. Видели картинки стрельцов с бердышем, вот такая же игрушка, только орк мой её одной рукой пользует. Он, собственно, не совсем орк, мама у него русская… что я несу? Ну, вы поняли, мама — человек, а папа орк. При этом выглядит он как стопроцентный орк, такая же серая, как у трупа кожа, чёрные волосы, раскосые чёрные глаза и обязательные клыки, торчащие из-под нижней губы, а какая-то хитрая комбинация генов позволила ему вырасти великаном даже по орочьим меркам. Где-то два десять ростом и комплекцией любого бодибилдера засмущает. Однако же, свои его не привечают, полукровок нигде не любят. Имя у него человеческое, от матери. Скитался по миру, да вот, ко мне прибился. — Не, знаю, Эдмунд, видать, с голодухи смелые стали. — Я впихнул двустволку обратно в седельный чехол. — Старшой, — орк вытащил-таки секиру и протирал лезвие травой, — а труп не нужен? Поковыряться там, изучить? — Такой — нет, — они почему-то вбили себе в голову, что врач должен денно и нощно ковыряться в трупах. Не спорю, дело полезное, но для этого нужно иметь второй комплект инструментов. Делать операцию живому человеку тем инструментом, которым ковырялся в трупе, — проще сразу пристрелить. — Зачем второй раз бил? — Привычка, — полуорк пожал плечами и, вскинув секиру на плечо, продолжил путь. Остальные также понуро дви

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В воздухе повисла долгая пауза, нарушить которую решился только я. Вставив избитую фразу:

— Король умер, — я повернулся к Дорну, — да здравствует король. Ваше Величество.

Все присутствующие глубоко поклонились. На Дорна было жалко смотреть. Он давно к этому готовился, да и отец никогда не баловал его лаской. Вряд ли они были по-настоящему близкими людьми. Но и потеря единственного родного человека, даже если она сделала тебя королём — удар тяжёлый. Подготовиться к этому нельзя. Сглотнув, принц, то есть уже король, проговорил:

— Что-то ещё? Что он говорил перед смертью?

— Да, — герцог немного растерялся, — Его Величество перед смертью издал много указов. Среди прочего он повелел, чтобы отныне во всех крупных земельных владениях, у всех королевских вассалов присутствовал управляющий. Человек подконтрольный только воле короля. Он будет осуществлять административную и судебную власть. А для поддержания порядка там будут размещены военные гарнизоны численностью от ста до пятисот мушкетёров с несколькими пушками. На них лягут полицейские функции. Под этими указами он заставил расписаться почти всех своих вассалов. Кроме того, указы Его Величества были объявлены народу, зачитаны на площадях столицы и других крупных городов. Сказать по правде, нас слегка обидело такое недоверие.

— Это должно было случиться рано или поздно. В конце концов, землю у вас никто не отбирал и доходы с этой земли тоже. Отобрали только властные полномочия, так ведь это дело хлопотное, а теперь оно легло на плечи королевского чиновника.

Герцога я не убедил. Да и чёрт с ним. А покойному королю аплодировал стоя. Не имея перед глазами готовый пример из истории более развитого общества, он, тем не менее, интуитивно понял, как следует бороться с сепаратизмом и укреплять вертикаль власти. На местах теперь будут управлять люди, далёкие от аристократии, а власть их будет даже больше, поскольку «именем короля…». Кого-то отдельного можно будет купить или запугать, но далеко не все покупаются, а запугивать человека, у которого под рукой батальон солдат — дело заведомо неблагодарное. Теперь ещё постепенно налоговую политику перевести целиком под руку короля и можно ставить крест на феодализме. Тогда феодалы, те, кто поумнее, с головой уйдут в хозяйство, стараясь увеличить свои доходы, в результате они очень быстро станут аналогом британских джентри. Одворянивание буржуазии и обуржуазивание дворянства. Или обуржуазение? Неважно. А те, кто поглупее, разорятся и будут жить на жалованье со службы королю.

Дорн нас покинул и уединился в присланном специально для него экипаже. Да, ему нужно подумать, собраться с мыслями. Он не только потерял отца, на него ещё и королевство свалилось. Причём, не в самом благополучном виде.